- Нет, – отозвалась Куросаки, – скорее, долгожданное возрождение...
====== XCII. ПРОЩАЛЬНАЯ БЛАГОДАРНОСТЬ: ДВОЕ В СЕНКАЙМОНЕ ======
Закат невероятно тяжелого, изнурительного, казавшегося бесконечным, дня озарился странным сиянием на холме Сокьоку. Под пристально-удивленные взгляды всех участников битвы из поверженного тела Юшимы Око, грубого в обращении и лощенного по виду врага, вдруг появились две удивительно-тонкие и трогательно-светлые души.
- Нозоми? – Проронил в зазвеневшую тишину взрослый, несколько охрипший голос.
- Кагероза? – Зеленовласая девочка обернулась через плечо и увидела расслабленное лицо второй души плюс, с которой пытался ее слить их безумный, жестокий, больной создатель.
- Он не… – Слыша ее мысли, хотел было возразить мужчина, но его тело принялось медленно рассыпаться на духовные частицы и подниматься в вечернее небо миллионами искрящихся светлячков.
- Я знаю… – Кивнула она. – Юшима не был сильным и не был слабым, не был добрым и не был злым, он был просто убийственно одиноким… – Прошептала она последней взмывшей вверх песчинке. Теперь, когда Кагероза ушел, ощущение одиночества на миг коснулось и ее, но то было лишь минутное явление.
- Нозо-о-оми!!! – Кон пронзительным выкрикиванием ее имени вывел девочку из состояния пустоты.
Она с изумлением и даже некоторой опаской воззрилась на потрепанный и грязный кусок плюша и ваты, несущегося к ней со стремительной скоростью, с распростертыми в сторону лапами и с невероятно счастливой моськой. Созерцание освободившейся из грозной оболочки, целой и невредимой подружки вызвало у эмоционально-нестабильного существа припадок необузданной радости, с неминуемым нескончаемым потоком слез и небывалой вольностью поведения.
- Кон?.. – Со смятенными чувствами девочка поймала львенка прямо в руки, и тот, не медля и не стесняясь, с пребольшим удовольствием сразу прижался к ее груди. – Кон… – Опешила Нозоми, но не отвергла его. – Какой же ты все-таки извращенец… – Всплакнула и она, наконец.
- Ну, какой уж есть. – Утирая лапой нос, мокрый от слез плюшевый лев отодвинулся от нее и улыбнулся рассеянно: – Привыкай, ведь теперь я никуда тебя не отпущу! Ты же отправишься с нами домой, верно, Нозоми? – Пуговки-глаза испытывающе-жалобно посмотрели на нее.
- Я… – И без того тихий голос теперь предательски дрогнул, и душа плюс робко покосилась на своего “собрата”: – Я не могу… – Тело девчушки посветлело прощальным заревом, и, став почти прозрачным, также засветилось медленно убывающими ввысь искорками.
- Нозоми?.. – Непонимающе Кон уставился на исчезающую оболочку, которая уносила за собой бесповоротно драгоценную жизнь. Винные глаза виновато потупили взгляд, прячась под густой зеленой челкой, а губы едва слышно прошептали: «Прости…». – Чего?.. Эй, Нозоми… Т-ты чего?..
Львенок сглотнул и беспомощно посмотрел на Куросаки, требуя хоть от нее пояснений, что, черт возьми, происходило сейчас у них перед глазами! Почему исчезала Нозоми? Почему Ичиго смотрела на нее с такой отрешенной грустью? Разве они не победили? Разве не должны радоваться? Разве не должны жить дальше?
- Сестренка?..
Временная синигами, видя душераздирающие страдания своего питомца, грустно вздохнула и выдала ему такой желаемый ответ, такой очевидный, но, в то же время, ставший и для нее внезапным:
- Ты все-таки ранила его, пронзив клинком Райко свою душу…
Правда перебила дыхание и оборвала фразу: не было грусти или обиды за то, что решающими в победе над Юшима Око стали вовсе не ее Гетсуга Теншоу, и не атака ополчившихся рейгаев, и даже не смертельный удар Сексты Эспада. Была боль от осознания того, что столь желанная победа потребовала в жертву совсем юную девочку, у которой впереди только зачиналась жизнь, у которой только начали появляться друзья и отступало долгожданное одиночество…
Рыжеволосая девушка с легкостью высвободилась из сильных объятий Гриммджоу: он не препятствовал, знал, что кому-то сейчас она была нужнее. Куросаки присела перед Нозоми, сдерживая проступавшее отчаяние в глазах, пролегшее под ее нахмуренными бровями, и просто протянула ей руку.
- Прости, Ичиго… – Нозоми попыталась улыбнуться на прощание, но губы не послушались. Она смущенно отвела взгляд от укоризненных карих глаз временной синигами и переключилась на остальных друзей – всех тех, кто выстоял в этой битве, всех тех, кого и она хотела спасти, всех тех, кто и ее защищал прежде. – Там, в замке из реяцу, когда Юшима победил всех рейгаев, я лишь на миг перехватила контроль над его телом, чтобы покончить с ним… Я не хотела, не могла допустить, чтобы подобное произошло с вами, с моими друзьями…
- Нозо-о-оми... – Кон жалобно захныкал и еще сильнее прижался к тающей просто на глазах девочке.
- Прости меня, Кон, – ласково посмотрела она на львенка. – Если бы не ты, не Ичиго, не все ребята, я бы не смогла обрести свою душу и желанный покой…
- Нозо-о-оми… Но это несправедливо. Я обещал, что спасу тебя, а ты сейчас…
