- Я тоже рад видеть тебя, Гриммджоу, – кивнул капитан и еще больше оскалился, что означало: «Фиг теперь я уйду отсюда, раз у меня появилась возможность кого-то подоставать».
- А давайте отдыхать вместе?! – Будто прочитав мысли своего парня, выпалила блондинка, заставляя разом Ичимару гаденько рассмеяться, Эспаду впасть в шоковое состояние, а Куросаки задуматься об отъезде.
- А я… Мы… Это… – Промямлила последняя.
- Брось, Ичиго, мы же друзья! Столько пережили! И это даже здорово после долгожданной победы отдохнуть всем вместе!
Серо-голубые глаза засветились неподдельным воодушевлением, милая улыбка Рангику подкупала искренностью, отчего Куросаки непроизвольно замялась. Она покосилась на Гриммджоу. Испытывающий взгляд Джагерджака умолял отказаться от нелепой идеи, но прозвучавшее сакральное для рыжеволосой синигами слово «друзья» сделало свое дело – теперь у Ичиго язык не поворачивался сказать «нет»…
Рангику просияла.
- Вы в каком номере остановились, Клубничка-тян? – Женщина пошла в дальнейшее наступление.
- В пятна… – Секста не успел прижать ладонью любимые уста, которые совершали сейчас сущую глупость и еще большую опрометчивость.
- Пятнадцатый, значит? – Подмигнула Мацумото. – А мы в четырнадцатом!
- Ксо!!! – Не таясь, выругался Джагерджак.
- А мы в шестнадцатом… – Раздался слева уже иной голос.
Гриммджоу сглотнул, вмиг узнавая его, но, как и Куросаки, рефлекторно повернул голову к говорившему.
- Уль-улькиорра? – Заикнувшись, уставилась на это явление Ичиго.
- Куросаки-тян!!! – Из-за спины темноволосого арранкара, одетого в темно-зеленые шорты и какую-то нелепую пляжную рубаху, выглянула солнечная макушка Орихиме. Подруга, в салатовом платьице, сжимавшая до хруста от радостного волнения свою широкополую шляпу от солнца, улыбнулась по-детски широко и счастливо: – Правда, здорово, что мы все оказались здесь вместе???!!!
«Зашибись!!!» – Пантера издал рык раненного тигра и снова прижался лбом к телу Куросаки, зарываясь носом в ее пахнущий морем лиф. В голове у него забилось два жгучих желания: то ли поскорее проснуться от этого кошмара, свалившегося на их головы, то ли незамедлительно раствориться в единственно любимом человеке на свете. Открыто проклиная в душе все человечество, синигами и арранкаров вместе взятых, Джагерджак уже готов был прибить на месте две этих до безумия раздражающих его парочки. «И, какого черта, он спасал их?!»
Ичиго, в свою очередь, нервно рассмеялась, видя забавное отчаяние своего любимого, чувствуя, как желание окончательно оставляет его, а их «рай для двоих» медленно рассыпается на призрачные кусочки. Она откинула рыжую голову на песок и отпустила, наконец, прижимавшего к себе ногами, Джагерджака. Холодные пальцы легли на уставшие глаза и потерли переносицу. Девушка мысленно пожелала открутить время назад: нет, она не выступала против того множества друзей, которые уже так привычно бесцеремонно вклинивались в ее жизнь, но общество одного-единственного Гриммджоу было ей милее всего на свете и она искренне жалела, что сейчас они с любимым арранкаром не находились на безлюдном острове…
====== XCVII. КНИЖНЫЕ ПРЕПИРАТЕЛЬСТВА: О ВКУСАХ НЕ СПОРЯТ ======
Джагерджак держался из последних сил, чтобы не заехать по лицу вечно подкалывавшему его Ичимару и не прижучить раздражавшего своей привычной отмороженностью Улькиорру. Даже с обретенной душой и в гигае, тот все равно выглядел ходячей мумией, только и с отличием, что не был бледным, как мертвец, а его лицо больше не перечеркивали зеленые слезоподтеки. Куатро сосредоточенно пялился в книгу, строя умное лицо, будто почерпывая оттуда невероятные истины бытия. «Придурок! – Выругался Секста про себя. – Думаешь научишься человеческой жизни по напечатанным словам???»
- Хватит сверлить меня гневным взглядом, Гриммджоу Джагерджак, – произнес Улькиорра, переворачивая изящными пальцами очередную страничку и вновь погружаясь в явно увлекавшее его занятие с нескрываемым удовольствием.
- Правильно, – Гин потрепал Пантеру за плечо, – вместо того, чтобы убивать взглядом Шиффера, лучше бы наслаждался иным, совершенно чарующим видом… – Капитан обратил их взоры в сторону резвящихся в море девушек, запыхавшихся и раскрасневшихся от морских «баталий». Они то брызгали друг в друга водой, то грациозно плыли, как русалки, то строили песочные замки, то бегали по выплескивавшимся на берег волнам. Румянец на их щеках умилял, роскошные волосы, набрав воды и прилипнув к телу, вызывали трепетное желание, мерцающие капельки на юных телах, волновали кровь, а роскошные формы будоражили мужскую фантазию. – Хотя погоди-ка… Гриммджоу, – Ичимару протянул, – куда там тебе смотреть: твоя-то Куросаки явно не выдерживает конкуренцию рядом с…
- Если ты щас-с-с же не заткнешься, Гин, – свирепо прошипел Секста, – я тебе язык вырву!
- А, хрен с ним, с языком. Без языка-то я уж точно проживу, – расплылся лис в усмешке. – Хотя… С языком, безусловно, некоторые вещи получаются… вкуснее.
