- Ну, дверь, кажется, починили! – Довольно хлопнул в ладоши Гин, войдя в номер к его хозяевам.
Мацумото, мирно развалившаяся во втором кресле, убрала руку с подлокотника, и серебряноволосый присел с ней рядом. Его рука привычно обняла ее за плечи, окунаясь в пушистые золотые локоны на спине.
- И как ты объяснил персоналу это происшествие? – Хмыкнула Куросаки.
- Сказал, что Секста вышвырнул одного портье, посмевшего засмотреться на его девушку. Странно, – хихикнул он, – но мне все поверили, даже без лишних расспросов. – Ичимару склонил голову набок: – Хм, Гриммджоу-сан, и какая у вас тут репутация в отеле?
Пантера фыркнул: нормальная у него тут репутация. Куросаки потрепала его за шевелюру:
- Он у нас тут – VIP-клиент и первый гость здешнего ресторана.
- Вот оно что? А я-то думаю, чего это нам пообещали бесплатный ужин в знак извинения.
- «Нам»? То есть, мне и Куросаки – ты это, явно, хотел сказать? – Поднял голову Джагерджак, но серебряноволосый отрицательно покачал головой и еще больше улыбнулся, отчего даже у дико скалящегося Гриммджоу свело челюсть.
- Не-а, в приглашении написано, что для Гриммджоу-сана и его друзей. Количество не указано...
- Тогда – я одеваться! – Мигом оживилась Рангику и потащила Гина за собой.
- А-а-а, мы тоже, наверное, пойдем… – Закончив лечение, Орихиме поднялась с колен и встала у Улькиорры, поджидавшего ее.
- Куда «пойдем»? В ресторан? – Рыкнул Секста, не поняв игру слов.
- Ой, да? Правда? И нам тоже можно? – Радостно захлопала ладошками Иноуэ.
- А-а-а… я… это… – Замычал Джагерджак, но тут Куросаки дернула Пантеру за ухо и впилась в него убийственным взглядом. Точно! За день раздражения – ночь удовольствия. Плата, которая его устраивала. – Ладно. – Недовольно буркнул он соседям слева. – Ужин в семь. И не опаздывать!
Орихиме даже взвизгнула от радости, и чуть ли не пританцовывая, увлекла на сборы смущенного Куатро вслед за собой.
- Зашибись! – Гриммджоу не без удовольствия перевернулся на больше не горевшую спину, но с раздражением потер лоб: – Одни тупо навязались, другие – почти слезно напросились…
- Да будет тебе вор-р-рчать, – промурлыкала ему на ушко Куросаки и забралась на него сверху. – Каких-то пять дней осталось. Р-р-разве Кор-р-роль Пантер-р-р не выдер-р-ржит? – Все также мурлыкая, девушка сладко поцеловала любимого арранкара и испытующе посмотрела на него карамельным теплом, пробуждающим в нем какое угодно терпение и даже редкую доброту:
- Киса, – поправил он упавшие на глаза прядки рыжей челки, – ради тебя я хоть Каракуру и весь Сейрейтей стерплю, но... – Пригладил он ее щеку. – Только обещай, что часто экспериментировать с этим мы не будем, ладно?..
====== XCIX. БЕЗЫСХОДНАЯ СЛАБОСТЬ: ИСТИНА ГДЕ-ТО РЯДОМ ======
Каракура встречала вернувшуюся пару ярковолосых путешественников печальным дождем, заметно разлетавшимися Пустыми и недовольными друзьями, встретивших их сразу на платформе у прибывшего поезда. Секста Эспада сходу отхватил по первое число от Йоруичи за то, что отключил свой телефон, Куросаки – от Рукии за то, что не взяла с собой свое удостоверение. Карин и Зинта бросали гневные взгляды на скалящегося и пререкавшегося Пантеру с кошкой, тогда как Юзу и Уруру мягко краснели, замечая как Джагерджак властно и, в тот же момент, трепетно прижимает Ичиго к себе, не давая никому в обиду. Урахара загадочно посмеивался за своим веером, Иссин тщетно пытался строить из себя грозного отца. Определенно, с ними сбежавшей парочке можно было и не объясняться: если шляпник всячески потакал арранкару в предстоящем тяжелом периоде в жизни временной синигами, то папаша Куросаки также не противился появлению иного интереса в жизни своей дочери, которая бесповоротно теряла привычное занятие защищать мир от незримой опасности и спасать тех, кто был ей дорог…
Так или иначе, по возвращению домой жизнь Ичиго и Гриммджоу скоро побежала по обыкновению. Совместные ночи, дни – врозь. Изматывающее обстоятельство для тех, кто неделю не мог оторваться друг от друга, и теперь, не насыщаясь излюбленным лакомством, становились просто ходячей бедой для окружающих, раздражаясь по мелочам, дерзя и препираясь по пустякам, в общем становясь еще невыносимее, чем прежде, точно их умножили друг на друга, и теперь, что в магазинчике Урахары, что в домике Куросаки имелось собственное синтетически-несносное существо «синигамо-арранкар» или же, проще говоря, взрывоопасная бомба под кодовым названием «Куросаки-Джагерджак» в квадрате.
Наверное, поэтому Ичиго злилась на свое бессилие сильнее обычного. Как и Пантера, влюбленный в свою мощь, ей было тяжело ощущать еще более стремительное угасание ее реяцу, чем было прежде. Урахара, как всегда, оказался прав: действие искусственной души плюс с частичкой способностей синигами оказалось недолгим и недостаточным. Стоило лишь временной синигами вновь приступить к своим обязанностям, как она познала истину своей несостоятельности очень скоро...
