На прощание он потрепал Аски по голове, а тот вывернулся и отскочил, сердито засопев. Когда индейский агент удалился, все взгляды обратились к Джереми.
– Что? – Он невинно похлопал ресницами. – У вас такие ошалелые физиономии, как будто я на ваших глазах прошёл мимо кружки с пивом и даже не пригубил его.
– Учитывая твоё отношение к индейцам, желание помочь им выглядит крайне подозрительно, – маршал озвучил общее мнение.
Джереми покосился на Аски и Вестану, но тут же напустил на себя безразличный вид.
– Кто сказал, что речь о помощи? Чистый азарт. Я давно не охотился… – небрежно бросил он и поспешил добавить: – А этот Такер – скользкий тип. Забавно было наблюдать, как он за секунду поменял своё решение, стоило лишь пообещать ему выгодный обмен. И к тому же мы ничего не теряем. Запастись бизоньим мясом в дорогу нам и самим не помешает.
– Можно сделать пеммикан[12], хранится долго, – сказала Вестана.
Старуха не спешила радоваться вести о том, что их с правнуком отпустят, понимая, что всё ещё может перемениться. И всё же выражение её лица смягчилось.
– Аски, поди, посмотри, сколько сушёных ягод у нас осталось.
– Зачем они нужны? – поинтересовалась Джейн, никогда не слыхавшая о таком блюде.
– Их добавляют в пеммикан вместе с разными специями. Получается сытная закуска, которая всегда поддержит силы в пути, – разъяснил Куана.
Благодарно кивнув ему, она подытожила:
– Значит, нам всем нужно готовиться к охоте?
– Да, если вам хочется составить мне компанию, – усмехнулся Джереми.
– Я-то с тебя уж точно глаз не спущу, – пробурчал Ривз.
Коснувшись колчана со стрелами, Куана степенно сказал:
– Я помогу, чтобы Вестана и Аски смогли уйти.
«Бизонья охота… – повторила про себя Джейн, не зная, что чувствует – беспокойство или предвкушение. – Не уверена, что от меня будет толк, но постараюсь не ударить в грязь лицом».
Ночью она проснулась из-за протяжного неприятного скрипа. Кто-то крался, приближаясь к ней, явно стараясь производить как можно меньше шума, но старый пол подвёл. Джейн ощутила, как страх помимо воли расползается по телу. Ничем не показывая, что уже не спит, она чутко прислушивалась к каждому шороху. Судя по поступи, шаги принадлежали мужчине, и он подбирался всё ближе. Дурное предчувствие крепло с каждым новым скрипом половиц. Нарушитель ночного спокойствия опустился подле кровати и склонился над девушкой так, что она почувствовала чужое прерывистое дыхание. Не выдержав, Джейн открыла глаза и вздрогнула.
Над ней нависал Нокоат.
– Чшш! – шикнул индеец, завидев, что она проснулась.
В его руках мелькнул нож.
«Что ему нужно?! – Джейн лихорадочно размышляла. – Нокоат знает, что мы гости Такера… Не настолько же он безрассуден, чтобы причинить мне зло? Если позвать на помощь, успеют? Или он сразу полоснёт ножом…»
– Послушай, Нокоат…
– Молчи. Не будешь кричать – не трону. – Кикапу опасливо оглянулся, проверяя, не разбудил ли кого-нибудь ещё. Затем, грубо встряхнув Джейн, прошипел: – Мне не ты нужна, а твой кулон. Снимай его.
Она замотала головой: с подарком отца ни за что бы не рассталась.
– Снимай! – Сердито пробормотав что-то под нос, индеец зло бросил: – Ты купишь себе хоть десяток таких! Или у спутников выпросишь себе ещё побрякушек. Тебе это нужно, чтобы красоваться, а мне – чтобы выручить хоть немного денег!
Глаза Нокоата светились жадностью. Он протянул подрагивающие пальцы к цепочке. «Решил, что это драгоценное украшение!» – запоздало догадалась Джейн.
– Нокоат, это не золото! И камень не настоящий!
Её слова не помогли. Кикапу пренебрежительно ухмыльнулся.
– Я сам разберусь, где золото, а где нет.
Джейн предприняла отчаянную попытку отпихнуть Нокоата, однако ей не хватило сил. Осознав, что ничего не сможет ему противопоставить, Джейн решилась: хотя кикапу велел молчать, ей не оставалось ничего другого, кроме как звать на помощь…
Крик ещё не слетел с губ, как в дверях вырос Куана. Он в одно мгновение пересёк комнату. Гнев на его лице проступил так ярко, что Нокоат даже не рискнул вступать в борьбу. Отшвырнув кикапу к стене, Куана обернулся к Джейн.
– Он причинил тебе зло?
Переводя дух, она ответила не сразу. Хотя нападение Нокоата напугало её, ей не хотелось, чтобы между индейцами вспыхнула драка.
– Он… Он ничего мне не сделал.
Куана с недоверием посмотрел на Нокоата. Тот огрызнулся, возвращая ему угрюмый взгляд.
– Он не хотел мне навредить, только… попытался украсть кулон.
– Украсть кулон… – эхом повторил Куана. В его голосе зазвучало такое явственное презрение, что Нокоат не удержался.
– Осуждаешь меня? А сам спутался с бледнолицыми! Позор! Что бы сказали твои предки!
К удивлению Джейн, Куана в ответ лишь усмехнулся – упрёк кикапу не достиг цели.
– Наши предки завещали убивать врагов и не щадить тех, кто позарится на нашу свободу. Но нет заповеди, гласящей, что любой белый – враг. – Приблизившись к Нокоату, Куана вырвал у него из рук нож. – Зато есть другая: тот, кто крадёт чужое, забыл лицо своего отца. Так говорят в нашем племени.
Рот кикапу искривился в злобной гримасе.
