Фактически вопрос о белорусско-украинской границе потерял всякую актуальность. К тому же в начале августа украинское министерство продовольствия приостановило выполнение договоренности о поставке продуктов в Беларусь, сославшись на то, что белорусская сторона до сих пор не предоставила гарантию со стороны немецких властей. Одной из причин подобного демарша могли стать внутренние конфликты среди белорусских организаций в Киеве и попытка создания экономической монополии на торговлю с Беларусью. Правительство Украины даже подняло вопрос о том, соответствует ли деятельность Белорусской торговой палаты интересам страны. Правда, это не помешало выплатить Народному секретариату оставшуюся часть обещанного кредита.[86]
На середину августа 1918 г. дипломатический корпус БНР включал девять человек: генерального консула в Киеве П. Тремповича, председателя чрезвычайной делегации в Киеве и Москве А. Цвикевича, членов делегации С. Рак-Михайловского и М. Довнар-Запольского, генерального консула в Москве А. Бурбиса, консула и особо уполномоченного по вопросам беженцев на Северном Кавказе А. Вальковича, белорусского комиссара на румынском фронте П. Манцевича, наместника Народного секретариата на Гомельщине и Полесье И. Нетецкого, «посла в Вильно» А. Луцкевича.
3 сентября 1918 г. в Киев для заключения нового белорусско-украинского торгового соглашения едет специальная правительственная делегация БНР в составе председателя Белорусской центральной торговой палаты П. Кречевского и народного секретаря торговли и промышленности БНР Ф. Берниковского. Белорусская сторона планировала заключить новый торговый договор на поставку в Беларусь украинских муки, сахара и мыла в обмен на белорусские лесоматериалы, дрова и спички. Весь товарообмен должен был регистрироваться в белорусской Торговой палате. Договоренность была признана немецкими оккупационными властями, которые обещали освободить товары от несанкционированных реквизиций на железной дороге.[87]
А спустя всего полторы недели в Киев отправляется Чрезвычайная делегация Рады БНР во главе с Антоном Луцкевичем. Он вспоминал:
«Меня просили стать во главе делегации, которая должна была отправиться в Киев с двумя поручениями… Выяснить вопрос о возможности белорусских военных формирований на Украине, а также о возможности получить для белорусского правительства денежный заём».
А. Луцкевич всячески пытался повлиять на позицию гетманского правительства Украины. Но последний «атаман-министр» С. Гербель оказался активным сторонником сближения с российским белым движением, а не с БНР, тем более что он был неплохо информирован о сложившейся в Беларуси политической ситуации. К тому же в Киеве назревала очередная смена власти: уже была образована Директория УНР во главе со Степаном Петлюрой, и верные ей воинские части продвигались к Киеву.
В конце концов украинская сторона выразила готовность поддержать предложение о создании федеративного союза Украины и Беларуси, но лишь при условии, что этот проект найдет одобрение в Берлине. Гетман П. Скоропадский принял белорусскую делегацию. А. Луцкевич описывает встречу скептично:
«На другой день после известия о свержении Вильгельма для нашей делегации был назначен прием у гетмана. И, понятно, в создавшейся обстановке нечего было и говорить с ним по порученному мне вопросу. Скоропадский был так растерян, что никак не мог сообразить, кто мы, и принял нас за каких-то помещиков из Бессарабии. Мы ограничились формальным визитом и ретировались».
Чтобы переломить сложившуюся вокруг БНР ситуацию, было принято решение незамедлительно отправить делегации в Берлин, Варшаву и даже, по инициативе эсеров, в Москву.[88] Однако глава правительства Германии уклонился от встречи с белорусами, посланная в Польшу делегация затерялась на фоне других представительств с «кресов», а беседа Т. Гриба с Я. Свердловым прошла безрезультатно.
