Я быстро огляделся. Мясника уже не было, а на поляне лежали три тела темных эльфов, которых я срезал вместе с корнем. Виднелся ровный зеркальный срез на пластинах бронежилетов и оружии. Мутно-стеклянистые кости, торчащие из чёрного мяса, тоже рассечены, как яблоко опасной бритвой. Вот только голов у них не было. Мясник оторвал их так же, как это делал со своими жертвами. Зачем? Не знаю.
— Поймали! — кричала Соколина, прыгая, как школьница, сдавшая ЕГЭ.
Я перевёл дыхание и повернулся. Рядом с огневицей в кольце обугленной земли и спёкшейся глины лежал дроу. Тёмная эльфийка. Она была перекушена пополам Мутью и сейчас лишь шевелила губами, силясь что-то сказать.
Поймали. Действительно поймали.
Я с облегчением выдохнул. Эльфийка лежала на мокрой траве, окутанная клубами пара от недавнего жара. Осмелевшие комары и прочий гнус начали потихоньку стягиваться к месту боя, решаясь сделать то, что не удалось чудовищам.
Ко мне подошёл Клык. Он понуро принюхался к этому созданию, а потом едва слышно произнёс.
— Трое.
Я кивнул.
— Надеюсь, оно стоило того? — спросил он.
— Не знаю, — ответил я, — Погрузи тела на голема, дома похороним по-нормальному.
Клык постоял немного, а потом без слов развернулся и пошёл к своим, стоящим над телами убитых волкудлаков.
Я проводил его взглядом. Жалко волков, но с другой стороны, я их не тянул насильно. Они знали, на что шли.
— Ты теперь герой будешь, — негромко произнесла Ангелина, подойдя ко мне и держась за бок.
Ей опять досталось. Я насчитал четыре пулевых ранения.
— Не хочу быть героем. Я хочу, чтоб война закончилась.
Мы замолчали, а потом раздался взрыв. Я мгновенно поднял глаза.
На том месте, где лежал дроу, осталась небольшая воронка, сам дроу превратился в ошметки. А над этими кусками чёрной плоти стоял Кирилл, держа автомат с дымящимся подствольником. Выстрел был не простой. А с колдовским зарядом.
— Тварь! — заорал он. — Тварь! Тварь!
— Ты что сделал?! — выкрикнула Соколина, подбежав и схватив лича за грудки.
— Они Макса убили! И Тору!
— Дебил, они и так мертвы были!
— Я тоже мёртв! А они были частью меня! Я, они — все это единое целое. А они отняли это. Давай тебе руку оторвём?!
Я сплюнул в лужу и опустил глаза. Сейчас не было сил даже ругаться.
— Домой надо, — негромко протянула Ангелина, флегматично жуя конфету.
Она не спеша потянулась за следующей, но вытянула на свет какую-то болотную улитку, которую брезгливо откинула в мокрую траву.
— Да, — согласился, шмыгнув носом. — Планируемые задачи выполнили.
Мы стояли и глядели под ноги. Я чувствовал, что колдовская сила во мне ещё не истощилась, но вот силы душевные кончились. Слишком тяжёлый и насыщенный день оказался.
Меня кто-то потянул за рукав, и я неспешно обернулся. Высокая и бледная Несмеяна протянула мне комок грязи с какими-то белесыми паклями.
— Что это? — вяло спросил я.
— Дроу. Голова, — прошипела ужалка.
— И зачем она нам?
Вместо ответа Несмеяна начала очищать ее от грязи. По рукам потекла болотная жижа вперемешку с чёрной кровью, заставляя брезгливо смотреть на это зрелище. В какой-то момент она дёрнула за края проломленного черепа, и оттуда полилось неоново-оранжевое сияние.
— Дай! — резко вырвалось у меня.
Я схватил голову и уже без всякой брезгливости стал ломать сочащуюся чёрной жижей черепную коробку. Она не поддавалась, поэтому пришлось использовать телекинез, но вскоре на моих руках осталась прозрачная янтарная сфера. Она оказалась точь-в-точь как те, что собирали дроу из пленных пассажиров вертолёта. Это была человеческая душа. Я поднял ее на уровень глаз и жадно всмотрелся. В этой большой оранжевой икринке плавала какая-то чёрная клякса, словно в яблочный сок капнули тушью, но она ещё не успела раствориться, и плавала в соке, принимая разные причудливые формы. Эта клякса очень походила на одну вещь.
Я поднял глаза на Володю. Именно такую кляксу достал из его головы бес, когда мы готовились к походу сквозь Навь. Контроллер к человеку. Кусок паззла встал на своё место с таким щелчком, что казалось, его могли услышать остальные.
Володя был тестовым образцом контроллера, но мы изъяли эту субстанцию. Такая же субстанция находилась в головах темных эльфов. Они люди. Не совсем, но люди. Орда с момента вторжения пошла дальше в своих изысканиях. Она научилась брать человеческие души, прятать их в специальные оболочки, добавлять систему контроля, а потом помещать в синтетические тела. А позаимствовали они этот механизм у бесов. У одержимых. Получались эдакие маго-киборги.
Все дроу — люди!
И Анна теперь тоже?
Я вспомнил дроу, который не выдал меня у вертолёта, и недавно в кустах. А ведь его глаза были не чисто зелёные. Один лазурный, а другой изумрудный. Как у Анны.
Я почувствовал, как земля передо мной закружилась. Стоило больших усилий, чтоб не сесть в грязную траву.
Что же происходит, мать вашу? Зачем? А черные сферы с фиолетовыми искрами внутри, они чьи души?
