– Вам плохо? – как сквозь ватные тампоны, донесся до него голос Ливии. – Может, дать вам воды?
Фляжки у обоих десантников были давно пусты. Пригодной для питья воды они так и не нашли, поэтому приходилось терпеть жажду, что было значительно труднее, чем терпеть голод.
– А у вас что, есть вода? – спросил Локис и попытался улыбнуться.
– Что? – опять слабо донеслось до его слуха. – Говорите громче, я ничего не слышу. Ой, ну какая же я дура! Сейчас...
Что-то влажное и холодное коснулось его губ, а потом и лба. Тоненькие струйки побежали по лицу вниз и скатились за пазуху. Локис вздрогнул и окончательно вышел из состояния полузабытья.
Перед ним действительно стояла Ливия Бугрими с большой мокрой тряпкой в руке.
– Вам плохо? – озабоченно спросила она, продолжая осторожно протирать Локису лоб.
– Великолепно, – проворчал Локис и для ясности повторил: – Мне просто великолепно!
Он тяжело поднялся с пола и озадаченно огляделся. В будке, кроме него и девушки, никого не было. В дальнем углу, прикрытый каким-то тряпьем, стоял ПКМ Круглова, но самого Петра нигде не было видно.
– Как вы здесь оказались? – спросил Володя. – И где Пе... где Толстый?
– Вы имеете в виду своего товарища? – уточнила девушка. – С которым вы пришли?
Володя кивнул.
– Он сказал, – ответила Ливия, – что ему надо кое-что выяснить, и просил меня присмотреть за вами. А вы, как вошли, сразу же сели возле стены и уснули. Сначала все было нормально, а потом вы начали бредить...
– Бывает. Просто устал немного... – смущенно пробормотал Володя и, чтобы закрыть эту тему окончательно, повторил свой первый вопрос: – А как вы оказались здесь раньше всех?
– Меня привез Кунару, – ответила девушка. – Оставил еду, воду, несколько теплых одеял и велел ждать вас здесь... Вообще, он какой-то странный. И деревня эта странная...
– Не знаю, – пожал плечами Локис, – я лично ничего странного за ним не заметил. Обыкновенный старикан... Кстати, а где вода?
Девушка торопливо метнулась в соседнюю комнату. Только теперь Локис обратил внимание, что будка довольно большая и состоит из трех комнат. В общем-то, это была даже не будка, а полноценное караульное помещение. Было даже странно, что его не используют по прямому назначению.
Ливия вернулась с большой пластиковой бутылью воды, при виде которой рот Локиса мгновенно наполнился вязкой слюной. Утолив жажду, он закрутил пробку и опять спросил:
– Толстый давно ушел?
– Часа два назад... Ой, скажите, а где остальные ваши... – Она замялась, подбирая подходящее слово, но, видимо так и не найдя его, сделала неопределенный жест рукой.
– Скоро подтянутся.
Володя бросил взгляд на часы. Стрелки показывали половину шестого вечера. «Странно, – подумал он. – По идее, Купа со товарищи давно должны быть на месте. Что могло их задержать?»
С улицы послышались торопливые шаги. Через секунду в караулку вошел Круглов с озабоченным выражением лица.
– Медведь вышел из спячки, – констатировал он, увидев Локиса. – Это хорошо. Значит, будем вместе решать, как к нашему самолету пробиваться.
– Что значит «пробиваться»? – удивленно вскинул брови Володя. – А остальные где?
– Понятия не имею, – заявил Петр, – но ситуевина такова: наш самолет загнали на самую дальнюю стоянку. Это большой плюс. Я все осмотрел, к самолету в темноте вполне можно пробраться незамеченными. Но есть такой же большой минус – все до единого самолеты перед вылетом тщательно проверяются полицейскими и таможенниками.
– За каким...? – машинально спросил Локис и тут же стрельнул в сторону Ливии смущенным взглядом.
– Хороший вопрос, – кивнул Круглов. – Только ответа на него я не знаю. Может, наркотики ищут, может, еще чего...
– Скорее всего, отлавливают нелегалов, – подала голос Ливия. – Сейчас многие стараются уехать из Туниса. Хотя бы на время, пока все не утихнет. Вот полиция и вылавливает беженцев.
– Можно подумать, – проворчал Локис, – что кто-то пожелает бежать в Россию, о которой наверняка никто из них даже не слышал.
– Им все равно, куда бежать...
– И тем не менее, – встрял Петр, – эту проблему надо как-то решать. Без разрешения авиадиспетчера мы ни хрена не взлетим. У тебя предложения есть?
Володя отрицательно покачал головой. И вдруг лицо у него сделалось напряженным. Где-то – как ему показалось, совсем рядом – он услышал урчание камазовского мотора.
– Похоже, наши едут, – пробормотал он.
...Демидов не вошел, а буквально ворвался в караулку, словно ураган, сметая все на своем пути.
– Так, – оглядевшись, пробасил он, – все живы, все здоровы, это уже радует...
– Чего задержались? – сердито спросил Локис. – Вы же раньше нас должны были приехать...
– Кому должны, уже простили, – отбрехнулся Купец и, развернувшись к двери, крикнул: – Заводите этого утырка.
– Кого ты там еще прихватил? – удивленно спросил Володя, но тут же осекся, остолбенело глядя, как Чижиков без особого уважения впихивает в караулку Самойленко.
