Он пронёсся по коридору и притормозил на пороге зала тридцать пять. Крис зажмурился на секунду от яркого света, потом распахнул глаза. Переднее помещение больше походило на раздевалку — с кучей шкафчиков и скамеек. Напротив были распахнуты две тяжёлые створки — в зале с зеркалами невысокая фигуристая женщина негромко разговаривала с парнем в форменном комбинезоне уборщика. Слева от створок на скамье сидел Чонин, привалившийся спиной к стене. Он вытянул длинные ноги и откинул к стене даже голову. Глаза он плотно прикрыл, и только дрожь ресниц выдавала, что он не спит.
— Если ты опоздал на автобус, мог бы сесть на следующий, — двинувшись к безответственному мальчишке, начал отчитывать Крис на ходу. — Ты хоть знаешь, сколько времени? Представляешь, что я себе уже надумал?
Чонин неохотно открыл глаза, но сразу же повернул голову вправо, будто пытался спрятаться от Криса хоть так. Выглядел он измотанным и каким-то серым.
— Так, идём, хватит тут рассиживаться. Не понимаю, чем ты вообще думал… — Крис ухватился за руку Чонина, развернулся и потянул за собой, заставляя подняться на ноги. Его собственную руку почти сразу с силой дёрнуло. Он резко обернулся и удивлённо уставился на рухнувшего на колени Чонина. Тот ещё и побелел, как полотно. Высвободил руку из пальцев Криса и повалился на пол, вытянувшись на спине, вновь закрыл глаза и сделал предельно осторожный выдох.
— Не могу… хён…
Крис едва различил тихие слова.
— Чёрт возьми…
Он растерянно смотрел на Чонина, потом наклонился, чтобы подхватить на руки. Подхватил, но только начал поднимать, как Чонин вцепился в его ладонь, буквально раздирая кожу ногтями. Лицо исказилось от боли, а по подбородку заструилась кровь — из прокушенной губы.
— Нет… — хрипло выдохнул он. — Не надо… хён, спина…
— Что же вы делаете?! — возмущённо воскликнули у Криса над головой. — Немедленно положите! Ему же больно!
Крис растерянно опустил Чонина обратно на пол и выпрямился, с изумлением глядя на ту самую фигуристую женщину, что недавно торчала в зале.
— Вы хоть знаете, сколько времени? Ещё дольше добираться не могли?
— Задержался… на занятиях, — соврал Крис, потому что не видел смысла объяснять дамочке, какая у них с Чонином была договорённость. — Что случилось? Он упал? Ударился? Если у него травма, почему вы не отправили его в клинику?
— А то сами не знаете! Он не захотел. И он не ударился. Просто вдруг прихватило. Вроде бы терпимо было, Чонин сказал, что должно пройти, но за полтора часа без изменений. А из-за вас ему теперь хуже. Вы как будто не знаете, что в таких случаях можно делать, а что нельзя!
Крис вообще-то в самом деле не знал. Он не подозревал даже, что у Чонина может спину “прихватить”.
— Теперь уж точно надо везти в клинику, — подытожила дама. — Вы справитесь сами, или лучше…
— Справлюсь, — отрезал Крис и опустился рядом с растянувшимся на полу Чонином на колени. Неуверенно тронул ладонью лоб, погладил по спутанным волосам и тихо спросил: — Как ты?
У Чонина заметно дрогнули брови, но глаза он немного приоткрыл.
— Не хочу в клинику.
— Извини, но такой ответ не принимается. Что с тобой такое? Где болит-то?
— Нигде. Просто…
— Перестань, ладно? Поднимать тебя нельзя, так?
— Нельзя тревожить поясницу, — после долгой паузы тихо поправил Чонин и снова закрыл глаза. До Криса дошло. Когда он пытался поднять Чонина, то подхватил под коленями и под верхней частью спины, из-за чего возникла нагрузка на поясницу — из-за смены положения, когда ноги оказались выше. Проще говоря, если он хотел поднять Чонина, то следовало сделать это так, чтобы позвоночник оставался прямым — весь.
— Так, я сейчас повернусь, а ты хватайся за шею. Я постараюсь выпрямиться быстро, а ты повиснешь на мне, идёт?
Крис повернулся спиной и принялся терпеливо ждать, пока Чонин соберётся с силами, сам приподнимется и ухватится за шею. Он крепко обхватил запястья Чонина у себя на шее и резко выпрямился. Глухой низкий стон в спину заставил его крепко стиснуть зубы.
— Совсем плохо или терпимо? До машины хватит?
— Не знаю, — честно пробормотал ему в спину Чонин.
— Тогда попробуем. Я в тебя верю.
Крис старался идти сразу и осторожно, и достаточно быстро. Спускаться вниз по лестнице оказалось сложнее всего. Крис всем телом чувствовал, как Чонин вздрагивал от боли всякий раз, когда цеплялся ботинками за выступы ступеней.
У машины пришлось повозиться ещё, чтобы придумать, как лучше разместить в салоне Чонина. Заднее сиденье отпадало — не с ростом Чонина и его длинными ногами. Чтобы лечь там, ему бы пришлось согнуть ноги в коленях, а это неминуемая вспышка боли и смещение в области поясницы.
Крис решил устроить Чонина на переднем сиденье, откинув спинку назад до предела. В таком положении Чонину всё равно пришлось бы согнуть ноги в коленях, но — только в коленях, не поднимая их, поэтому на пояснице это не должно было отразиться.
