— Ну сейчас ты схлопочешь, мелкий негодяй, — пообещал Крис, стягивая перчатки и присаживаясь у тропки, чтобы сгрести снега побольше. С громким заразительным смехом Чонин удрал с линии обстрела и спрятался за низким бортиком внешней ограды Замка. Снежный снаряд смачно влип аккурат в ледяные кирпичи. Крис тихо выругался и наклонился за новой порцией снега. Тут же схлопотал снежком пониже спины. Ощутимо. Пришлось с руганью залечь за сугробом, пока над головой пролетали ещё два снежка.
Улучив момент, Крис запустил снежок в Чонина. Не попал. Ну и ладно. Не в последний раз. Зато Чонин под прикрытием бортика умирал от смеха. Они обменивались бросками, хохотали в голос и подбирались друг к другу поближе, пока Чонин не выскочил чёртиком совсем не с той стороны, с которой Крис ожидал. Оба покатились по снегу, навешивая друг другу шутливых тумаков. Крис коварно дёрнул за капюшон, надвинув его Чонину на лицо. Тот забарахтался под Крисом в снегу, пытаясь убрать капюшон с лица и сообразить, что происходит вообще. Крис ловил его руки, не сводя глаз с твёрдого подбородка и чуть приоткрытых полных губ, которые щекотал мех капюшона. Безумно красивый ребёнок. Поцеловать бы, но нельзя. Зато можно смотреть.
Вот он и смотрел, пока Чонин угрём выворачивался, а потом запихивал ему за шиворот пригоршню снега. Отрезвляюще так.
— Хён… — Чонин уселся на снегу и небрежно потёр тыльной стороной ладони подбородок, — ты обещал ещё коньки.
— Я помню, чудо меховое. Нам вон туда. — Крис указал нужное направление. — Вон та тропка, видишь? Ну что, кто раньше добежит?
— Считай, что ты проиграл, — просиял улыбкой Чонин, мазнул ладонью по снегу, швырнув Крису в лицо холодную пыль, и унёсся вперёд по нужной тропке — только пятки засверкали.
Крис провёл ладонью по лицу, помотал головой, чтобы мозги на место встали, а эмоции хоть немного улеглись, кое-как поднялся из сугроба и побрёл следом. Немного устал. Отвык от настолько активного отдыха, да и в снежки не играл лет сто — не меньше. Неплохо бы записаться в какую-нибудь секцию в университете, чтобы поменьше позориться на глазах у Чонина.
Чонин переминался с ноги на ногу у белой ограды катка и выглядел вконец смущённым — на скулах полыхал горячий румянец.
— Что такое? — тихо спросил Крис, легонько толкнув Чонина плечом в плечо.
— Ну… Хён, может, не стоит? — Чонин на миг закусил нижнюю губу, потом робко кивнул в сторону группки девчат и парней, что раскатывали по исчерченной лезвиями ледяной глади катка. — На их фоне… Я же не умею. Совсем не умею.
— А здесь и не все умеют. — Крис осторожно тронул Чонина за плечи и развернул лицом в другую сторону, где парень постарше поддерживал мальчика лет двенадцати и терпеливо что-то ему втолковывал, пока тот стоял на дрожащих ногах, норовящих разъехаться в стороны. — Ну? Выкинешь белый флаг или ещё посражаешься?
Чонин обречённо вздохнул и бросил на Криса короткий взгляд поверх плеча. Крис намеренно задел слабую струнку Чонина, чтобы выбить согласие. Вызовы без ответа кое-кто оставлять не умел.
— Попробую, — наконец ответил Чонин. — Где брать коньки?
Через четверть часа Крис стоял на колене перед Чонином, устроившимся на лавке, и помогал надевать коньки. Возился со шнуровкой, затягивая крепче на тонких лодыжках, и думал, что у Чонина удивительно сильные ноги для его возраста. Только Чонин так ни разу и не сказал, увлекается ли он спортом и каким. Вроде как должен, потому что Крис отлично помнил, как выглядело его тело. Само по себе оно таким быть не могло. Для поддержания тела в таком состоянии требовались регулярные физические нагрузки.
— Что дальше? — оценив то, как сидят на ногах коньки, тихо спросил Чонин.
— Дальше ты поучишься ходить на этих штуках. Видишь тут вот зубчики? Если ставить ногу так, чтобы зубчики упирались в лёд, ты не будешь скользить. Сейчас постарайся тормозить ими и держать равновесие. Просто походи по льду. Потом попробуешь немножко скользить и тормозить, идёт? Давай, держись пока за меня. Готов?
— Не очень, — честно признался Чонин, но ухватился за предплечья Криса и медленно выпрямился. Крис ступил на лёд в ботинках и легонько потянул Чонина за собой. Тот сначала едва не упал, вцепился в предплечья Криса мёртвой хваткой, замер на месте, едва переводя дыхание и почти что осязаемо впившись взглядом в Криса. Словно держался не только руками, но и глазами.
— Немного согни ноги в коленях, — подсказал Крис. — Чтобы стоять пружинисто.
