– Ну и на здоровье, сдался мне ваш доктор. – Лина поднесла зеркало к лицу Пенелопы: – Посмотрите, миссис Гриффин, – правда красиво?
– Ага, так она тебя и поняла! – проворчала Живка. – Пошли, нужно анализы отнести в лабораторию.
– Да, бегу, – Лина в последний раз взглянула на Пенелопу и чуть не уронила зеркало – до этого закрытые глаза Спящей красавицы смотрели на нее в упор. И пусть взгляд был застывшим и бессмысленным, но он был!
Лина выбежала из палаты, увидев в коридоре Дороти, схватила за руку и потащила ее за собой, крича:
– Гриффин! Пенелопа! Миссис Гриффин! Пожалуйста! Плиз!
Услышав шум в коридоре, Оливер подумал: «А вдруг это из-за моей дурацкой выходки…»
Додумать не успел – в кабинет влетела Дороти с криком:
– Олли, скорее, там наша Спящая красавица, кажется, проснулась!
Вскоре палата для коматозных больных заполнилась до отказу: врачи и медсестры отделения неврологии, главврач госпиталя Родни Николсон и даже дама из попечительского совета, неизвестно каким образом оказавшаяся здесь в такой ранний час. Глядя по сторонам зорким, «медийным» взглядом, она заранее просчитывала, какую выгоду для госпиталя можно извлечь из этого события.
– С возвращением, миссис Гриффин, – сказал Николсон. – Рад приветствовать вас в госпитале Святого Георга.
Пенелопа посмотрела на него, обвела еще не способным фиксироваться на предметах взглядом стоящих у ее постели людей, словно пытаясь кого-то отыскать, потом губы ее дрогнули, издав то ли звук, то ли стон:
– Момиче…
– Говорит? – удивленно спросил Николсон у стоящего рядом Оливера. – Коллинз, вы слышали? Что она сказала? Бред? Галлюцинации? Момиче – что это?
– Мне кажется, она зовет девушку-волонтера, которая ухаживала за ней последние дни, – ответил Оливер.
А Лина, для которой места в палате не хватило, стояла в коридоре у стеклянной стены, поднявшись на цыпочки и вытянув голову, чтобы увидеть хоть что-нибудь.
– Отче наш, Който си на небесата! Да се свети Твоето име, да дойде Твоето Царство, да буде Твоята воля, както на небето, така и на земята, – широко крестясь, шептала рядом Живка.
Душу Лины переполняла радость и надежда. Значит, все-таки это случается, значит, придет когда-нибудь черед Арнольда! Главное – набраться терпения и ждать.
Выходя на улицу из маршрутки, Ася буквально наткнулась на Федора с Джоном.
– Чего так долго?! – недовольным тоном начал Федор. – Мы с Джоном уже замерзли!
– Я не просила меня встречать, – резко осадила его Ася.
– Так ведь Джон волнуется, – сменил тон Федор и, ускорив шаг, чтобы обогнать Асю, заглянул ей в лицо. – Что-то случилось? Ты чего такая злая?
– Да нормально все, – Асе стало стыдно за свою резкость. – Устала немножко. А в чем выразилось Джоново волнение?
– Да тут это… Я загуглил, где можно еды какой-нибудь быстренько перехватить, выбежал в магазин, буквально сто метров. А он разволновался, давай выть. Соседи закипишевали, позвонили хозяйке. Она прискакала. «Собачек, – говорит – люблю, но соседей больше. Еще одна жалоба – и не обессудьте».
– Плакал, бедный? – Ася присела на корточки, погладила пса. – Он же совсем холодный! Пошли скорее!
А потом в маленькой кухоньке, такой же светлой и позитивной, как комната, с холодильником, увешанным магнитами с изображениями экзотических цветов, они пили чай с гамбургерами и делились информацией, которую удалось раздобыть.
Федор еще дома разыскал список звонков Братской за последние три месяца и потратил день на их систематизацию и опознание людей, стоящих за цифрами телефонных номеров.
– Ничего особенного – салон красоты, заказ воды, школа танцев. Пара так называемых подруг. Отзываются не очень тепло. Похоже, Братская была еще та штучка.
– А мужчины? Мне сказали, что у нее был любовник. Приходил довольно часто. Почему-то Вениамин, сосед из сорок пятой квартиры, сказал, что у него одежда, как у католического священника.
– Ряса, что ли?
– Представляешь, – Ася улыбнулась, – я тоже так подумала.
– Мысли сходятся, – Федор хлопнул себя ладонью по лбу и довольно заржал. Потом снова сделал серьезное лицо. – Если и был любовник, то, скорее всего, они общались по Интернету. В скайпе или по имейлу. Или еще как-нибудь. Нам бы проникнуть в ее квартиру…
– Тебе завтра представится такая возможность. – И Ася рассказала о данном Лене Павловне обещании.
– Что? Я работать поломойкой? Что за байда?
Ася молчала, увлеченно рассматривая начинку гамбургера.
– И потом Джона нельзя одного оставлять в квартире. Или ты хочешь следующую ночь провести на вокзале?
– Джона возьмем с собой, – ответила Ася, положив гамбургер на тарелку. – Скажем, что он сотрудник клининговой фирмы. Пойми, я же в глазах хозяйки квартиры – сотрудник правоохранительных органов. Не могу же я параллельно подрабатывать уборкой квартир. Это коррупцией попахивает. Зато ты сможешь покопаться в компьютере Братской.
– Ну, не знаю, не знаю…
– Понимаешь, я почти уверена, что круг людей, которых шантажировала Братская, не ограничивается тремя соседями по подъезду…
– Так, – оборвал Асю Федор. – Она еще и шантажом пробавлялась? С этого места поподробнее.
