– Так что с чаем? – продолжал гнуть свою линию Федор. – Да, шантажисткой. Полиции известно несколько случаев, думаю, на самом деле круг жертв Братской гораздо шире. Вы, например? Как-то странно, что вы явились сюда в поисках каких-то нот. Сейчас в Интернете можно скачать все, что угодно. Хотите, найду вам адреса нотных архивов?
– Вы серьезно считаете, что я мог убить Яну? – Роберт демонстративно отодвинул чашку и обернулся к двери, ведущей в коридор. Однако пути к отступлению были надежно перекрыты Джоном. И пусть глаза его были закрыты, а лапы мирно вытянуты, выглядел пес устрашающе.
– Да нет, это я так, – на мгновение Федор стал привычным Федором, безобидно-саркастичным. Но лишь на мгновение. Затем он снова стал «злым». – Вообще-то эксперты считают, что ее убила женщина – слишком уж слабым был удар. Но эксперты зачастую ошибаются. У следствия есть еще несколько подозреваемых. В их числе некий мужчина, часто приходивший к Братской. Это, случайно, не вы? Его видел сосед из сорок пятой квартиры. Сказал, что тот как-то странно был одет. Сейчас полиция отрабатывает эту версию. Вениамин просматривает записи с камеры наблюдения на подъезде. Найти его – вопрос времени…
Федор привстал за очередным бутербродом и попутно толкнул Асю в спину коленом, мол, чего сидишь как просватанная? Говори чего-нибудь.
Асе не хотелось говорить об убийстве. Она была на сто процентов уверена, что Роберт – не убийца.
– А что за ноты Яна должна была вам отдать? – спросила она и скорее почувствовала, чем услышала, недовольное шипение Федора.
– Вы, наверное, знаете, что она собиралась выступать в телевизионном шоу. Для выступления она первоначально планировала использовать флейту. И музыкант – флейтист – сам написал для этого танца мелодию. А потом Яна решила, что играть должна скрипка. Попросила меня забрать ноты…
– Этот флейтист! Он же и есть убийца! – поняла Ася. – Вениамин говорил, что он играл на дудочке факира. А это и есть флейта!
– В каком-то роде да, – согласился Роберт. – У вас отличный чай, Ася.
Тон его голоса при этих словах был таким бархатным, что Ася зарделась.
– Может, еще чашечку? – спросила она.
– Я бы с удовольствием, но нужно спешить. Сегодня у нас последний прогон. В пятницу – мой прощальный сольный концерт в театре, потом уезжаю в Англию. Мне предложили работу…
– Здорово! – Ася прикрыла глаза ресницами, медленно покачала головой. – Как же это здорово. Мне бы тоже хотелось в Англию.
Голос ее дрогнул.
– Какие ваши годы, Ася! Еще успеете везде побывать.
Но она снова покачала головой.
– Знаете, – продолжил Роберт, – в Англию я вас взять не смогу – просто с визой очень большая канитель. А вот место на концерте обеспечить мне под силу. Пойдете?
От радости у Аси слова застряли в горле, и она лишь закивала головой словно китайский болванчик.
– Держите, – Роберт вытащил визитку, черкнул что-то на обороте и передал ее Асе. – Отдадите администратору на входе. Вы вдвоем будете или одна?
– Мы можем только втроем, – ответил за Асю Лебедев. – Джон тоже страстный любитель скрипичных концертов. В самых драматических местах он не может остаться равнодушным и начинает подпевать.
– Федор! – призвала напарника к порядку Ася и, повернувшись к Роберту, добавила: – Нам собаку оставить не с кем, поэтому я приду одна.
– И как, по-твоему, отнесется к этому Иван Станиславович? – спросил Федор, закрыв за Робертом дверь. – И что это вообще такое сейчас было?
– Что было?
– Да ты кокетничала с ним напропалую! Если бы не мы с Джоном… Похоже, ты заразилась от Кати и прямо-таки склоняла к сожительству этого Роберта. Представляю, что будет в пятницу!
– Дурак ты, Федор. Ничего не будет. – Ася открыла дверь шкафа под мойкой и выбросила визитку в мусорное ведро. – Ни-че-го!
– Ась, да пошутил я. – Федор дернулся к ведру, вытащил из него визитку, подул на нее. – Стерильно! Ты что, плачешь?
От этих слов с трудом сдерживаемые слезы потекли у Аси по щекам.
– Ладно тебе, я же извинился! Иди на дурацкий концерт! Подумаешь! – И, уверенно попадая в ноты, он пропел:
Ася молчала.
– Не, ну так не пойдет! Джон, давай помогай! – Федор легонько толкнул пса ногой. Тот понял. Медленно поднялся, подошел к Асе и лизнул ее щеку.
– Джон! – Ася обняла пса и заплакала еще горше.
– Ладно, я пока поем, – заявил Федор и, сложив вместе два бутерброда колбасой внутрь, откусил здоровенный шмат. Несколько секунд он сосредоточенно жевал, потом сунул бутерброд Асе: – На, попробуй!
Трудно отказаться, когда еда практически сама просится в рот. Ася сдалась…
Доев последний бутерброд, Федор отправился в комнату, и вскоре оттуда донеслось быстрое клацанье пальцев по клавиатуре.
– Ну как, нашел что-нибудь? – поинтересовалась Ася, уничтожив на кухне следы чаепития.
