Георг Фридрих Гротефенд родился в Германии, в городе Мюнден, 9 июня 1775 года. Учился он в лицее, сначала в родном городе, затем в Ильфельде, после чего изучал филологию в Гёттингене. В 1797 году он был назначен помощником учителя в городской школе Мюндена, в 1803 году – проректором городской гимназии Франкфурта, а впоследствии – ее соректором. В 1817 году он основал Общество древней истории Германии, в 1821 году занял пост директора лицея в Ганновере, а в 1849 году вышел на пенсию и скончался 15 декабря 1853 года.
В возрасте 27 лет этому непримечательному до сей поры человеку, жизненный путь которого выглядел всегда безупречно ясным, однажды, когда он был навеселе, вдруг взбрело в голову заключить поистине сумасбродное пари: он поспорил, что сумеет найти ключ к дешифровке клинописных текстов.
В его распоряжении не было ничего, если не считать нескольких скверных копий персепольских надписей. Это, однако, не помешало ему с юношеской беззаботностью приступить к разрешению проблемы, и он сделал то, что считали невозможным лучшие умы его времени.
В 1802 году он доложил Академии наук в Гёттингене о первых результатах своих исследований. Его многочисленные последующие труды по филологии сегодня не представляют никакого интереса и давно преданы забвению, но статья «К вопросу об объяснении персепольской клинописи» никогда не потеряет своего значения и никогда не будет забыта.
Что знали об этом до Гротефенда?
Персепольские письмена весьма неоднородны. На некоторых табличках отчетливо различаются три рода письма, расположенные тремя отделенными друг от друга столбцами.
Об истории древних персов ученые, а следовательно, и юный гуманитарий Гротефенд, были довольно неплохо осведомлены благодаря древнегреческим авторам. В частности, они знали, что в 540 году до н. э. Кир наголову разбил вавилонян и, основав первое великое Персидское царство, подписал тем самым смертный приговор Вавилону.
Можно было предположить, что хоть одна из персепольских надписей сделана на языке победителя. Далее высказывалось предположение, что, вероятнее всего, древнеперсидский текст расположен в центральном столбце, ведь по общепринятым представлениям самое главное всегда находится в центре.
Затем исследователи обратили внимание на то, что одна группа знаков и один косой клинообразный знак встречаются в текстах особенно часто. Была выдвинута гипотеза, что эта часто повторяющаяся группа символов обозначает царский титул, – догадка, не противоречившая тому, что ученые знали о памятниках древности. А косой клинообразный знак истолковали как разделитель слов.
Вот, собственно, и все. Этого было крайне мало, ведь все трактовки не давали ответа даже на самые элементарные вопросы: следует ли читать надпись слева направо или справа налево, где верх и где низ.
Гротефенд – с юных лет он привык браться за все основательно – обратился к самому началу.
Шампольон, который 20 годами позднее расшифровал иероглифы, находился в несравненно более благоприятных условиях и имел дело с более простой задачей. Гротефенд не располагал Трехъязычным камнем с готовым переводом текста на греческий язык. В отличие от Шампольона, он не знал ни одного из трех языков, на которых были сделаны надписи, и даже отдаленно не представлял себе, какой смысл заключают в себе все эти диковинные символы. Ему не оставалось ничего другого, кроме как попытаться их точно описать и изучить.
Прежде всего он решил обосновать точку зрения, согласно которой клинопись представляет собой письменность, а не орнамент. Затем, основываясь на полнейшем отсутствии каких-либо закруглений у знаков, он пришел к выводу: начертание их определялось тем, что для письма использовали твердые материалы.
(Сегодня мы знаем, что неуклюжая на вид письменность вполне отвечала своему назначению. При ее посредстве вершились все политические и хозяйственные дела в Двуречье и Древней Персии вплоть до времен Александра Македонского12. Так, например, при расчетах в лавке брали две свежеизготовленные, еще мягкие глиняные таблички, наносили на них тростниковой палочкой наименование и цену товаров, отдавали одну табличку покупателю, а другую оставляли себе. Затем обе таблички обжигали в печи, где они затвердевали так основательно, что и спустя три тысячелетия можно прочесть все, что на них написано. Какая бумага сравнится с ними по долговечности?)
Затем Гротефенд доказал, что, хотя клинописные знаки и направлены в разные стороны, основных направлений может быть только два: либо сверху вниз, либо слева направо. Из этих, казалось бы, весьма простых наблюдений он сделал свой первый вывод – относительно того, как следует читать надписи:
