Боги Лавкрафта полностью

– Чьими людьми? – переспросил Артур. Амандой подчас овладевали настроения… полные сосредоточенного внимания. Они были похожи на транс, и он находил их необыкновенно соблазнительными в сексуальном плане. И подумал, как бывало часто в те моменты, когда она находилась в подобном состоянии, что мог бы, наверное, раздеть ее – да так, что она даже не заметила бы этого.

– Произнести ее имя – значит познать ее, – ответила Аманда и отвернулась.

В своем кабинете она разложила на столе потрепанные карты гор Уичита или лесов верховий реки Киамичи, стала тыкать в различные ее места все более и более испачканным чернилами пальцем и выкрикивать:

– Вот! Здесь, в этом месте можно познать ее!

Волнение ее вдруг утратило эротичный характер, сделавшись более тревожным. Он еще не видел, чтобы ее глаза принимали столь безумное выражение – как если бы за ними ничего не было. Как если бы сама она где-то отсутствовала, и нечто, какая-то сила, владела ее плотью.

– Аманда, что ты хочешь сказать? – взволнованным тоном произнес Артур. Время было позднее, темное… начало февраля, за окном ее кабинета высились сугробы. Комнату освещала одна настольная лампа, бросавшая продолговатые тени. Лицо Аманды также складывалось из одних теней.

– Двери, что никогда не закрываются, – произнесла тогда она. – Двери, которые всегда открыты. И она была там… понимаешь. Я ощущала ее присутствие. Черная коза с тысячью козлят, и я слышала, как они произносили ее имя.

Потом Аманда произнесла несколько бессвязных слогов. Не связывавшихся ни во что осмысленное, однако Артур ощутил, как волосы на его затылке встали дыбом. Ему показалось, что, кроме них двоих, в комнате присутствует нечто. Он знал, что если повернется и посмотрит в темные углы, то, возможно, увидит это. Он не стал поворачиваться. И только смотрел на Аманду, а она смотрела на карту, и одновременно пытался забыть произнесенные ею звуки. Наконец, он сказал себе, что забыл их и что в его памяти осталось нечто, придуманное им самим или им же не так услышанное, однако слово не забывалось.

Шаб-Ниггурат.

В ту ночь он в последний раз видел Аманду.

Они спускались по резервной лестнице, совершенно не отделанной, сохранившей оставленный строителями вид. Некоторых бетонных ступенек не хватало, их заменяли деревянные блоки, вбитые в неровные бреши. По большей части они казались древними и подгнившими, покрытыми зеленой плесенью или странного вида слизью, на которую Артур старался не наступать.

– Артур, вы – религиозный человек? – спросил Джекс. Козлиный запах волнами исходил от него, и Артур напрягал все силы, чтобы не кривиться.

– Нет, не особенно, – ответил он вежливо, заменяя более точное нет, ни в коей мере.

– Вы придаете значение Иисусу?

– Несомненно, в историческом плане.

Они уже спустились на три лестничных пролета, и Джекс распахнул дверь.

– Я имею в виду сейчас. В данный момент. В этом здании?

Артур отрицательно качнул головой.

– Ни в коей мере.

Джекс ухмыльнулся.

– И я тоже. Разве это не забавно? Можно повеселиться вместе, как по-вашему?

Дверь открылась, пропуская обоих в архив, и Артур немедленно забыл о том, какими нелепыми показались ему слова Джекса. Он слышал только собственный удивленный вздох.

Архив, похоже, умещался в тех трех этажах, на которые они спустились, занимая футов сорок-пятьдесят в высоту. Каждый дюйм стен был занят книжными шкафами, заставленными старинными томами, начиная от массивных фолио и кончая миниатюрными изданиями в одну шестнадцатую листа. Вдоль стен тянулись подвижные лестницы, по одной на каждый сегмент. Комната, заметил Артур, имела форму пятигранника.

Хотя середина помещения в целом была пустой, в нем было расставлено с полдюжины длинных деревянных столов, а в центре размещалась старомодная картотека. Обозрев свободное пространство, Артур не заметил в нем ни одного компьютера. И ни единого звука – кроме тиканья высоких напольных часов. Комната эта явно была родом из XIX века.

– Ничего общего с исследованиями в финансовой сфере, – прокомментировал увиденное Артур.

– Экономию следует соблюдать во всем, – заявил Джекс. – Столичный банк всегда ищет новые рынки. Ищет новые двери, чтобы открыть их, или, быть может, пройти через них, если они уже открыты.

Нечто непонятное овладело Артуром. Он не мог сказать, что именно и почему решил выразиться именно так, однако без раздумий проговорил:

– А если они никогда не закрываются?

Джекс ухмыльнулся.

– O, не сомневаюсь, что вы превосходно справитесь со своими обязанностями, Артур. Я жду от вас потрясающих успехов. Похоже, что начальству следует выпить за ваше здоровье и новое назначение. Крепко выпить и выплеснуть остатки на землю.

– Я все думаю насчет прочих условий.

– Естественно, – согласился Джекс. – Позвольте мне показать вашу квартиру.