Не мешкая, мужчина бросился вперед, намереваясь пробиться к подножию громадного дерева. Перед глазами мелькали лица — лица демонов, искаженные необузданным гневом, лица рыцарей, превратившиеся в безжизненные маски уверенности, прячущие страх и боль. Он с трудом уворачивался от острых клинков, с молниеносной скоростью летящих в его сторону, отбивал удары, отталкивая врагов. Хотя и не знал — кто из них враг, а кто — друг. И те, и другие набрасывались на него, когда он попадался им на глаза, ведь все принимали его за врага, считали чужаком. Он и не мог отрицать этого — считал себя чужим и среди людей, и среди демонов. Все они сейчас казались ему чудовищами, монстрами, преследующими разные цели. Если одни мстили и боролись за свободу, то другие пытались истребить, потакали своему желанию стать лучшими, самыми сильными и могущественными.
Дыхание сбивалось. Грудь жгло огнем, но Калеб не понимал — то ли из-за пламени, вырывавшегося из пасти дракона и рук магов, стремительно застилающего траву и пожирающего рощи острова, то ли из-за эмоций, бурлящих внутри него: из-за страха за жизнь любимой, из-за ярости на весь мир и ненависти. Ненависти к самому себе.
Он был не так силен, как ему бы того хотелось. Недостаточно могущественен, чтобы остановить войну. Недостаточно бесстрашен, чтобы сразиться с обоими ополчившимися друг против друга народами.
Но он упрямо рвался вперед, распихивая локтями демонов и людей, встречая их удары, порой раня — но не смертельно. Один из ударов оказался таким мощным, что он едва успел прикрыться мечом, с трудом устоял на ногах, но в итоге оказался повален на выжженную траву.
— Как неожиданно! — резанул по ушам знакомый хриплый голос. — Ты все-таки выжил. Это достойно восхищения!
Калеб поднял глаза и встретился взглядом с королем людей. Он возвышался над ним, совершенно нелепо выглядя в позолоченных доспехах и синей гербовой накидке с ярко-золотым рисунком крыльев. Если б Калеб не знал, на что способен этот хилый худощавый человек, то позволил бы себе рассмеяться. Но он все же понимал, что перед ним стоит не человек и не просто король, а маг — самый сильный среди прочих. Источник.
— Эмблема Совета, — протянул Калеб, вновь скользнув взглядом по рисунку крыльев. — Считаете себя возвышенным существом? — дерзко бросил он, мигом поднявшись на ноги и встав в боевую стойку. — Отрекитесь от этой затеи, ваше величество. Вы никогда не будете выше других по-настоящему магических существ. Никогда не станете тем, кого пленили. Всегда найдется кто-то сильнее вас, кто-то величественнее…
— И кто же это? — усмехнувшись, оборвал его маг. — Ты?
Несмотря на смех, стрелой вонзившийся в сердце, явно задевший Калеба, он лишь сдержанно улыбнулся и медленно покачал головой.
— Не я. Конечно же нет. Вы даже не представляете, что вас ждет и кому бросили вызов. Но что касается меня… Я сделаю все возможное, чтобы такие как вы вечно гнили в земле, которую сами же пропитали кровью. И никогда не возрождались.
— Не дорос еще, щенок, — сплюнул король и резко сорвался с места.
Калеб успел прикрыться мечом. Звук скрестившихся клинков резанул по ушам, от стали перед лицом повеяло холодом. Ловко увернувшись, он набросился на короля. Удары следовали друг за другом так часто, что через какое-то мгновение Калеб почувствовал невыносимую тяжесть в руках, но и не подумал остановиться. Этот худощавый мужчина так быстро оказывался рядом с ним, что он не мог уловить и секунду для передышки.
Мечи со страшным звоном скрещивались и расходились, в разные стороны летели искры. Калеб заметил, что они находятся не в определенном кругу, а скользят по полю битвы, сталкиваясь с другими сражающимися, невольно продвигаясь ближе к дереву. Чужая кровь окропила лицо и кожаные доспехи, во рту стоял кислый металлический привкус. Мужчина смутно понимал, что король в любой момент может применить против него магию, но тот отчего-то затягивал с этим, продолжал сражаться на мечах, на равных, как простые люди. Как обычные воины.
В какой-то момент Калебу улыбнулась удача: он одним рывком отбил от себя короля, того оттеснили в сторону беспрестанно борющиеся люди и демоны. Посчитав это наилучшим моментом, чтобы ускользнуть и поскорее добраться до дерева, Калеб развернулся, но не смог ступить и шагу в сторону Мортемтера.
Пальцы его сильнее сжали металлическую рукоять меча. Из груди выбило весь воздух. Он смотрел расширенными глазами прямо перед собой, на неподвижное тело демона, укрытое огромными черными крыльями. Темно-бордовые пряди волос спадали на безжизненное лицо, а кристально-голубые глаза были пусты.
— Отец… — выдавил из себя Калеб, кривясь, и сглотнул в попытке подавить боль, рвущую все внутренности, сжавшую в кулак сердце.
Он открыл рот и задышал часто, с хрипом, словно ему не хватало воздуха. Сделал один шаг и остановился. Предательская дрожь в ногах и груди приковала его к земле. Он не верил. Не верил своим глазам, полагая, что это всего лишь видение, нескончаемый сон.
