Таким образом, к началу июля немецкие войска подошли к старой (до 1940 года) границы с Эстонией, где ещё сохранились остатки наших укреплений. Вот как описывает последующие события П. Н. Кныжевский со своими соавторами. «К концу июня обстановка в полосе Северо-Западного фронта оставалась тяжёлой. Стало ясно: оборону по правому берегу Западной Двины не удержать. На подступах же к Ленинграду в направлении Псков-Луга было возможно создать два сильных оборонительных рубежа. Первый – по правому берегу реки Великой (на местах бывших Псковского, Островского и Себежского укреплённых районов). Второй по реке Луге. Учитывая возможность прорыва противника на псковском направлении, Ставка Главнокомандования 29 июня отдала приказ по подготовке обороны по рубежу реки Великой. Для усиления войск в предстоящей обороне из резерва выделялся 41 стрелковый корпус (командир – генерал-майор Кособуцкий) и 1-ый механизированный корпус (командир – генерал-майор М. Л. Чернявский). Полагая, что эти соединения прочно прикроют ленинградское направление, 30 июня командующий Северо-Западным фронтом генерал-полковник Ф. И. Кузнецов отдал приказ на отход войск в укрепрайоны. Видя тяжёлые арьергардные бои, соединения и части приступили к выполнению задачи. В тот же день, не считаясь со сложностью момента, руководство Ставки приняло неоправданное решение о замене командующего фронтом и начальника штаба. Мотивом послужили неудачные действия в первые недели войны. Генерал-полковник Кузнецов был снят, а вместо него назначен бывший командующий 8-ой армией, генерал-майор Собенников, начальником штаба – генерал-лейтенант Н. Ф. Ватутин. Однако до 3-го июля Кузнецов продолжал командование фронтом. Недоверие Сталина к Кузнецову вызвало у Военного Совета фронта сомнение в правильности приказов формально уже бывшего командующего. В первом часу ночи 2-го июля Военным Советом был отдан приказ – с утра перейти в наступление. Быстрая и противоречивая смена решений привела к дезорганизации войск и потере управления ими. Замешательством немедленно воспользовался противник. В 5 часов 2-го июня он нанёс сильный удар встык между 8-ой и 27-ой армиями. Направление на Остров оказалось неприкрытым советскими войсками. 4-го июля 1-ая танковая дивизия 41-го механизированного корпуса противника подошла к реке Великой и, беспрепятственно преодолев её, вышел на окраину Острова. Наша 111-ая стрелковая дивизия под командованием полковника И. М. Иванова, вступившая в бой сходу, не смогла противостоять врагу и вынуждена была оставить город. Однако командующий фронтом генерал-майор П. П. Собенников приказал силами 111-ой дивизии и 3-ой танковой дивизии 1-го мехкорпуса с рассветом 5-го июля отбить город Остров. В спешке не было организовано взаимодействие между нашими частями. Советские танкисты дважды врывались в город, но без поддержки пехоты удержать его не смогли. Сразу же под угрозой сдачи противнику оказался и Псков. Части 118-ой армии, не имея поддержки с левого фланга, вынуждены были оставить его 8-го июля».
4-го июля директивой № 91/НГШ, подписанной Жуковым, Северный фронт должен был «немедленно занять рубеж обороны на фронте Нарва, Луга, Старая Русса, Боровичи. На этом рубеже и в предполье глубинной 10–15 км создать сплошные линии заграждения и минные поля, оставив лишь пути для войск Северо-Западного фронта. Собрать больше противотанковых пушек (ПТО)… Разрешить снять часть дивизионов ПВО, включительно до Выборга». Из этого приказа видно, что зенитные орудия использовались против танков немцев практически с первых дней войны.
