– По-моему, единственная причина, по которой здесь до сих пор не началась война, заключается в том, что никто не рискует делать первый шаг. Это как кот Шредингера. Если никто ничего не делает, то можно делать вид, что наступил мир. Но стоит только сделать один неверный шаг, как все погрязнет в хаосе. Мир здесь – искусственный. Сегодняшние Игры – нечто большее, чем просто перепалка. Это политика, и они представляют угрозу для обеих сторон. Сегодня решится, будет ли ящик с котом существовать дальше или кто-то его откроет. Поэтому этот вечер крайне важен.
Лиф кивнула и потянулась за водой, а не за вином.
Очень хорошо.
– Дамы и господа, – прервал нас Интендант. Его громкий голос эхом разнесся по залу, и все замолчали. Его было так много, что оторвать взгляд было невозможно. Даже Дофина не отрываясь вглядывалась в него, пока мужчина блуждал взглядом по залу, словно обращался к каждому из нас.
– Сегодня я стою перед вами как Интендант Ордена Святого Парацельса и хочу выразить благодарность и признательность всем вам и особенно Дофине. Мы с вами собрались в великолепном отеле Лэнгхам, в месте, что во многом олицетворяет историю Лондона и его жителей. Мы здесь сегодня, чтобы сделать новый шаг в нашей истории. Шаг, который может привести нас к эре мира и содружества.
Интендант повернулся к Дофине и склонил голову.
– Я хотел бы высказать личную благодарность нашим союзникам, Синдикату Стригои. Вы оказали нам честь, пригласив к себе. Вы проявили мужество и мудрость, сделав шаг навстречу нам, и за это мы глубоко вам благодарны. Мы все знаем, что страницы нашей истории долго были покрыты кровью и ненавистью. Но сегодня, в день продления Договора Красной воды, мы стоим здесь все вместе не как враги, а как союзники. Мир вокруг нас претерпевает изменения, и нам тоже пора меняться. У нас есть возможность построить новые мосты, мир и будущее, основанное на взаимопонимании и общности. Давайте признаем, что она нам важна. Общего у нас гораздо больше, чем может показаться на первый взгляд: безопасность, тоска по дому и любви объединяет каждого из нас. Настало время воспользоваться этой связью для укрепления мира, в котором для каждого есть свое место и каждый важен. Это особенный день для всех нас. Не только из-за Игр, но и из-за подписания договора. Я благодарю вас, Дофина, за столь теплый прием и гостеприимство.
– Всегда рада, мой дорогой Интендант, – ответила вампир и сделала глубокий реверанс.
Я с любопытством наблюдал за происходящим. Два вампира прошли через весь зал, неся в руках небольшую подставку. Взгляды всех присутствующих следовали за передвижениями вампиров, пока подставка не оказалась между Дофиной и Интендантом. Один из экзорцистов вышел из тени – Примус Юдикас Эверсон Вон. В последний раз я виделся с ним в Дубае, и, казалось, за последние несколько недель он исхудал еще сильнее. Кости выпирали, и это было заметно даже через несколько слоев одежды. В отличие от гостей, он был в униформе Черной птицы. В руках у него был конверт с документами, который он положил на подставку, слегка прищурившись.
Дофина шагнула вперед и вытащила из волос большое белое перо, кончик которого казался слишком острым. Изящным движением руки она воткнула острие в свой палец и подписала договор.
Плечи отца вдалеке расслабились. Это был еле различимый, но заметный для моих глаз жест. Я же, с другой стороны, спокойно себя не чувствовал. Как только начнется испытание, я сделаю все, что поручил Интендант.
Мужчина встал рядом с вампирессой, достал свое перо, проткнул им палец и поставил печать кровью. Далее требовались подписи поручителей – Эверсон Вон и вампир лорд Ферен. Насколько я знаю, он считается правой рукой Дофины и был шведским государственным деятелем, а также любовником живой Марии-Антуанетты, пока она не обратилась и не распугала весь французский двор.
Оба поручителя также поставили печать, капнув капли крови на бумагу и прижав палец. В зале раздались умеренно вежливые аплодисменты, и Дофина что-то прошептала на ухо Интенданту. Тот учтиво кивнул, и подставку вместе с обновленным договором и его копией убрали в сторону.
– Благодарю всех вас. В знак дружбы давайте же официально откроем Игры. Я хотел бы поблагодарить моих экзорцистов, которые собрались представлять свои Академии. Прежде всего мои слова благодарности обращены к директрисе Серафине Хардвуд, Карстену и Роджеру Эшкфорт, а также исполнительному директору Игр Тертиус Габриеле Халь за бесподобную организацию мероприятия.
Снова раздались аплодисменты. По спине пробежали мурашки, когда вместе с аплодисментами по залу пронеслись напряжение и вампирский голод.
Директор прочистил горло.
– Сейчас я назову Академии, из которых прибыли сегодняшние участники. Просьба некромантам и их наставникам выйти вперед, – по рядам экзорцистов прокатилась волна беспокойства. – Итак, поприветствуем некромантов Академии Черной птицы Лондона.
Раздались громкие овации, и два некроманта встали. Студентов я видел впервые, а вот наставники были мне знакомы.
