– Потому что он был не в своей оболочке. Он все еще пыхтит где-то неподалеку в образе бесполезного дыма.
– Уна ведь не знает, что Q-ген спрятан в Лиф?
– Она не дура. По крайней мере, догадывается.
– Ген уже вырвался на свободу в Лиф. Передать его невозможно, только если у нас нет еще одного образца Q-гена для Фалько, или…
– Или если Лиф станет новой оболочкой Люцифера.
– Так или иначе, нам надо помешать Уне заполучить кого-нибудь из них. Это значит, что мы должны вывести их из Академии. Как можно быстрее…
Лесной дух. Принимает образ дерева, камня, животного или предстает в облике прекрасной молодой женщины с зеленоватой сверкающей кожей и спиной, покрытой корой, как у гнилого древесного ствола.
Входом на кладбище служили массивные кованые ворота, сделанные настолько искусно, что их можно было считать шедевром. Прохладный ветер трепал мои волосы, а лучи солнца слабо пробивались сквозь густые облака, закрывавшие небо над кладбищем, делая его еще более мрачным. Мне приходилось практически насильно переставлять ноги. Дорожка, ведущая к воротам, была окружена невысокой живой изгородью и старыми деревьями с бледной листвой. От ворот шел высокий каменный забор, который будто скрывал за собой великую тайну. Моя спина покрылась мурашками, когда я остановилась перед величественным входом, борясь со своим сознанием. Орнамент на воротах напоминал готическую церковную архитектуру, а над ними тянулись остроконечные арки.
В общем, Хайгейт не был тем местом, куда бы я охотно вошла. Все во мне противилось этому. В отличие от экзорцистов, которые шли чуть ли не вприпрыжку и болтали, словно собрались на киносеанс.
– Ты как?
Крэйн остановился рядом со мной, тоже разглядывая вход. Вместе мы посмотрели на пики над каменной стеной.
– У меня дурное предчувствие, – тихо призналась я.
– В туалет сходила?
– Да.
– На, держи, – сказал экзорцист и вложил что-то в мою руку.
– Что это? – удивленно спросила я.
– Протеиновый батончик. Полагаю, там тебя ожидает не шведский стол. Ты же почти не ела.
– Я съела тебя, – напомнила я ему.
От улыбки у Крэйна образовались ямочки.
– Все равно тебе нужно нечто большее, чем просто душа в желудке. Кто знает, сколько вас там будут держать. Возьми его на крайний случай.
– Спасибо, – пробормотала я, пряча твердый батончик в карман, а затем выдохнула и шагнула в Хайгейт.
Перед нами простиралась зеленая лужайка и здания, предположительно занимаемые администрацией этого заведения. Некоторые экзорцисты уже собрались на лужайке небольшими группами, кто-то же, наоборот, отходил дальше в лес, который, как мне показалось, тянулся бесконечно. Я нервно вытерла потные ладони о брюки, подняла глаза вверх, пока экзорцисты, как голодные вороны, следили за каждым моим движением.
– Лиф! Постой! – внезапно донесся до нас знакомый голос. Я остановилась и обернулась.
– Вэйн?
Сначала я была совершенно ошарашена тем, что повстречала студента из Нью-Йорка, а затем вспомнила, что Вэйн Хиллбрук со своей сестрой Венерой тоже прошли отбор на Игры. Чувство, что Вэйн казался слишком мал ростом, слишком молод и дружелюбен, чтобы быть экзорцистом, вернулось вновь. Но я уже не раз убеждалась, что внешность бывает обманчивой. Я видела Вэйна в деле лишь несколько раз на занятиях, и он собирал духов быстрее, чем я успевала моргнуть.
– Куда ты так бежишь? – спросил экзорцист, наконец догнав нас, и схватился за бок. Если кто-то в Академии и ненавидел спорт больше, чем я, так это Вэйн.
– Где твоя сестра? – поинтересовалась я.
– У нее расстройство желудка, – ответил парень, тяжело выдохнув. – Она не сможет принять участие в сегодняшнем испытании.
Вэйн нервно поправил свои очки в круглой оправе. На его лице они казались слишком большими и превращали его из девятнадцатилетнего парня в двенадцатилетнего мальчишку.
– Можно я пойду с вами?
Мы с Крэйном обменялись удивленными взглядами.
– Разве ты хочешь, чтобы остальные увидели тебя со мной? – спросила я.
Это должно было прозвучать насмешливо, но щеки Вэйна покраснели, и он тихо пробормотал:
– Не понимаю, о чем ты.
– Конечно, понимаешь. Но если хочешь, пойдем вместе, – предложила я, и Вэйн присоединился к нам. В тот же момент я поняла, что куда-то пропали Зэро и Зельда. Когда я попыталась спросить об этом Крэйна, он просто отмахнулся от меня.
– Они уже будут в Ливанском круге.
– Где-где? И почему именно там?
– Потому что там будет проходить испытание, – вмешался Вэйн, поправляя очки.
– Откуда ты знаешь? – удивленно спросила я, чем заслужила слегка раздраженный взгляд.
– Об этом объявили вчера за ужином. Разве тебя там не было?
– А… –
Хотелось бы, чтобы так оно и было.
Как только мы пошли дальше, до нас донесся голос Интенданта. Обернувшись, мы увидели, что глава Ордена Парацельса направляется к нам, а его черный плащ развевается среди экзорцистов. Рядом с ним шел Мидас, как-то резко исхудавший и побледневший.
Крэйн вздохнул и пробурчал:
– Только не это.
