Почему Соларус не забрал это барахло себе, ведь был велик риск, что найдется тот, кто поймет предназначение предметов? Не верил в сказки? Отдал все Хаману для экспериментов? Или так хорошо работает пелена обмана, наложенная на сами вещи, пелена, уверяющая каждого, что перед ним обычная тряпка, негодный мусор? Никаких признаков магии — вот где истинная магия! Но к этой проблеме добавлялась еще одна. Ты никогда не сможешь найти на столе ложку, если ты не знаешь, что такое ложка. Два глупца никогда бы не смогли найти магический артефакт просто потому, что понятия не имели, что они ищут. Они просто искали что-то магическое и уже давным-давно поняли, что уникальные вещи по ту сторону холмов не лежат по полочкам, на них не висят ярлычки с надписью, поясняющей, что это за вещь и какой у нее эффект. Скорее всего, Соларус уже давно разочаровался и в молодом и наивном по его меркам Хамане, и в попытках найти хотя бы записи о том, какие создавались артефакты тогда, еще до великой магической битвы.
Соларус, как и многие маги, не был врожденным магом, но очень хотел им стать. По современным меркам он был гораздо выше уровня Хамана, несмотря на то, что последнему повезло родиться с магической искрой. Разница была лишь в том, что Соларусу пришлось возвышаться в магическом искусстве путем долгого обучения, и у него оказалось намного больше времени. Они были почти как Кристоф и Хлоя: один был одарен с рождения, и все ему давалось легче, другая вынуждена была приобретать магию и обучаться ей пользоваться. Один с рождения бегал в своей собственной магической шкуре, а другому приходилось носить то, что получилось приобрести или добыть тем или иным способом. И теперь Соларус, познавший секреты долголетия еще во времена обучения, просто прозябал свою, как ему казалось, совсем еще молодую жизнь и развлекался как мог с тем, что ему было доступно в этом уже не таком прекрасном, как раньше, мире. А вот Хаман уже доживал свой долгий, в пару столетий век, и все его радости были связаны с накоплением богатств и с жаждой когда-нибудь раскрыть тайну какого-нибудь древнего магического артефакта. Бедный старик, лучше ему не знать, что он сегодня упустил.
Хлоя спала как младенец: она свернулась клубком под теплой шкурой, и ей снилась Анна, предвкушение встречи, момент дарения амулета, общение, радость, смех, объятия, долгие беседы и, возможно, что-то, что она еще даже не могла представить в своих снах. Уголки ее губ говорили о счастливом сне ребенка, и тонкая струйка слюны от сладостных видений стекала на ее плечо.
А Балда спал далеко не самым спокойным сном. Впервые за всю свою жизнь его видения вышли за границы ближайшего прошлого, впервые он смог увидеть того далекого себя и даже не сразу понял, почему люди вокруг намного больше него, наклоняются к нему и говорят с ним странными голосами, и обращаются с ним странными словами. Но это непонимание исчезло, как только перед ним возникла красивая высокая женщина и подняла его на руки: она была прекрасна своей цветущей красотой, счастливыми глазами и поднятыми от радости скулами. Она любила его так, как никто никогда его не любил. Это была ее мама.
