Дамы ели как птички, а вот мы не стеснялись. Я компенсировала вчерашний стресс от встречи с грубияном — драконом, Маенни наедался впрок и кормил Тичи фруктами. Девочки с радостью подключились к этому и стали подсовывать дракончику разные угощения. Та, у кого он съедал подношение, с радостью улыбалась и хихикала от щекотки гребешка об руку. Я тоже улыбалась, отдыхая душой в эти благословенные минуты тишины и покоя.
— Я бы хотел поговорить с вами, госпожа Виторрия! — начал было император. Принц уже вскинулся было, но отец остановил его жестом, — С вами… тремя. Вашего сынишку займут девушки. Похоже, его питомец стал им любимой игрушкой.
— Я готова! — сказала я и отложила вилку.
— А как же примерка платьев? — хлопнула глазками Таласси, — Их должны доставить с минуты на минуту!
— Я не задержу избранную надолго, Таласси! — император нежно улыбнулся девушке, — Маги уже сообщили о приближении к Вратам Имэннари делегации от тайерри и сандов.
Ви-и-и! Девицы заверещали и, едва успев извиниться и попрощаться, рванули по своим комнатам — переодеваться перед такой встречей! Таласси медленно поднялась, обвела взглядом наши хмурые лица, не увидела ни тени доброжелательности в глазах принца, грустно опустила глаза, пробормотала, что будет ждать меня через два часа у меня в комнате, забрала Маенна и ушла.
— Следуйте за мной! — сказал Аэннар Ченнат и встал.
Мы прошли за ним в арку, свернули по коридору налево, прошли еще пару метров и остановились у массивной малиновой двери. Здесь стояли два мага и ждали его величество. Зашли вместе с нами, доложили, что делегация сандов уже прибыла, всех расселили на четвертом этаже. Тайерри оказалось только двое: правитель Деилли Тоидзё и его советник, правая рука и возможный преемник Сириннги Дайскё. Я с немалым изумлением отметила сходство фамилий этой расы с аналогичными же фамилиями наших земных японцев. Или это перевод так мне выдает?
— Тайерри сказали, когда пожелают встретиться с избранной? — спросил император. А что, разве мы не увидимся все на отборе?
— Мой император! — низко склонился высокий шатен с атлетической фигурой, — Оба уверяют, что время еще не пришло!
— Вполне в их духе! — усмехнулся правитель и жестом отпустил обоих магов. Подождал, пока мы усядемся в кресла, а затем налил самолично нам вина, — Да, госпожа Виторрия, эту расу не понять простым людям. Они появляются, когда хотят и исчезают так же незаметно. Но я хотел поговорить не о них…
Император обошел свой стол, сел и уставился на нас тяжелым, задумчивым взглядом. Просторный, в общем-то, кабинет стал давить мне на плечи. Или то давило плохое настроение принца и его отца? Я нервно сжимала ножку бокала, пряча глаза в малиновой жидкости. Лаларри рядом принял более удобную позу, готовясь к непростому разговору. Тиррат сжал руки так, что костяшки пальцев побелели. Бокал перелетел от него по воздуху и сам собою стал ножкой на стол отца.
— Я не отступлю, отец! — заявил принц. Я подняла глаза, чтобы не пропустить эмоции этих двоих. Лицо принца вновь потемнело, а император смотрел на сына с непонятным мне выражением. Словно… гордился им?
— Я принимаю твой выбор, Тиррат! Но ты должен понимать, что ты на отборе будешь лишь одним из многих! К тому же… ты не должен больше принуждать избранную силой! Да, госпожа Виторрия, я наслышан о его поведении в отношении вас и наследника Дунно!
— А как же клятва? — подал голос Лаларри.
— Помолвка была проведена как предварительный сговор, наследник Дунно. Во избежание повтора моей судьбы, я не стал подкреплять ее кровью. Я знаю, каково это, когда над тобою довлеет долг, — Аэннар закрыл глаза и грустно покачал головой, — Ты свободен в выборе, сын!
Тиррат выдохнул и так и вскочил с места! Он словно не знал, что ему делать с этой свободой. Я с изумлением следила, как он опускается передо мной на колени, склоняет голову, пряча глаза.
— Я прошу прощения за свое возмутительное по отношению к вам поведение, госпожа Виторрия! И прошу вас разрешить мне ухаживать за вами и показать, насколько вы дороги мне!
Лаларри шипел, чтоб не верила юнцу, что тот вновь станет хватать меня за руки, злиться и ревновать ко всем мужчинам, что будут на отборе.
— Принц Тиррат! — я позвала юношу, он поднял голову, опалил взглядом, полным восхищения и ожидания, — Я позволяю вам ухаживать за мной! Но! — остановила я его порыв взять меня за руку, — Вы будете вести себя сдержанно и не станете ничего делать без моего разрешения!
— Я согласен! Могу я звать вас так же, как Лаларри?
Я подумала минуту и кивнула согласно. А что я теряю? Это всего лишь имя. Император смотрел на сына с тоской. То ли подозревал, что он будет страдать от моего отказа, то ли завидовал пылу юности. Принц все еще сидел у моих ног, его смоляные пряди, длиною до плеч, так романтично падали на смуглый лоб, из-под которого блестели шальные глаза.
— Госпожа Виторрия… — начал было император. Я оторвалась от колдовских глаз принца и глянула снова на правителя, — Мне сказали, что над дворцом летал ледяной дракон! И что он превратился в человека на вашем балконе.
