– А что это за мальчик с вами? Вы его украли? Что он делает здесь? Мы должны заняться этим вопросом, – весь вид полицейского говорил о том, что он не принимает никаких возражений. Ники стало страшно. Он приблизился к Жерому – то ли сам искал защиты, то ли хотел поддержать своего друга и учителя. Разбираться с порывом было некогда, тем более что становилось понятно: сейчас случится непоправимое. Ники готов был рассказать свою историю, однако Жером остановил его. Улучив момент, пока служители закона переговаривались о чем-то между собой, видимо решая, забрать в участок обоих или только мужчину, музыкант прошептал: «Сейчас самое время тебе бежать, мальчик мой. Они не отстанут от меня теперь, а ты сможешь продолжить поиски. Тебе ни в коем случае нельзя попадаться. Жаль прощаться с тобой, ты был мне отличным напарником! И еще знаешь, что? Хочу сделать тебе подарок! Возьми мой аккордеон, играй на нем и пой! Позаботься также о Барлоу. Он – славный пес. Он станет твоим защитником, другом». От таких слов внутри у Ники все похолодело. Он вовсе не глуп и понимает, что музыкальный инструмент для дядюшки Жерома – хлеб, смысл жизни. Как же так?.. Мальчик смотрит сначала в сторону пса, которому велено было лежать смирно, потом в сторону полицейских, продолжающих переговариваться. Порывистым движением обнимает своего спасителя, хватает аккордеон, зовет пса за собой, забывая о рюкзаке, и бежит прочь. Хотя полиция и пыталась разогнать толпу, это удалось совсем ненадолго. Народ снова стал стекаться к тому месту, где разворачивалась трагедия. Людям нравится смотреть на чужие страдания, боль. Сочувствовать и думать, что их-то жизнь, оказывается, не так горька, когда можно сравнить с еще более худшим существованием. Так было и теперь. Зато пришедшие поглазеть на происходящее помогли Ники скрыться в одной из улочек, затерявшись в людском потоке. Удаляясь, он слышал, как один из полицейских досадовал на то, что мальчик убегает, а другой говорит тоном вершителя судеб, что они все равно поймают бродяжку… Потом они схватили дядюшку Жерома и увезли. А маленький путешественник продолжал бежать вместе с псом, не думая о том, куда направляется, утирая невольно выступившие слезы сострадания к этому доброму музыканту. Как хорошо, что они встретились! Только теперь нужно подумать о том, чтобы попробовать его выручить, хоть что-то сделать для него. Но не так легко думать на бегу в холодный вечер, когда ледяной ветер так и хочет залезть не то что под куртку, но и в самую душу…
Ники решил передохнуть, да и Барлоу, несмотря на то, что у него были сильные мускулистые ноги, устал. Они зашли в небольшой магазинчик, где продавались вещи. Ничего покупать Ники не собирался, хотелось просто погреться. Сначала он просто присел возле окна, а через четверть часа, когда руки и ноги потихоньку стали отогреваться, решил для вида походить по магазину, чтобы не подумали, что он пришел сюда просто так. Увы, рюкзак со сменными вещами теперь потерян, но зато остался шарф, теплый и мягкий, подаренный Вероникой. Мальчику подумалось, что жизнь вполне хороша, когда у тебя есть сине-голубой шарф. Хотелось есть. Только вот в магазине одежды вряд ли найдется кусочек хлеба. Пришла мысль, что лучше было бы пойти греться в магазин, где продают еду. А на что он ее купит? Денег-то нет совсем. Чтобы убедиться в этом, для верности Ники пошарил в карманах курточки. Ни одной монетки! Зато отыскалась записка с адресом мистера Уильяма. Точно, теперь путешественнику есть куда пристроить на ночлег Барлоу, себя и аккордеон. От этого внезапного открытия отогрелось не только тело, но и душа. А желудок продолжал издавать звуки, похожие на рев какого-то древнего животного, которое очень злится. Даже если пойти в булочную, украсть хлеб Ники все равно не сумеет. А может хоть просто посмотрит? Наестся глазами.
Такая идея пришлась ему по душе и вот, готовый уже уйти, направиться в булочную в нескольких кварталах отсюда, маленький путешественник открыл дверь, впустив в помещение холодный ветер. Этот ветер заставил поежиться и обернуться в сторону продавца, который разговаривал с девочкой примерно такого же возраста, как и Ники. Девочка пыталась что-то объяснить продавцу, а тот стоял с рассерженным видом. Казалось, что он вот-вот взорвется как бомба.
Ники стало интересно, что случилось. Объяснив Барлоу, что тот должен остаться у двери, он подошел поближе и услышал строгий голос мужчины за прилавком.
– Скажи мне правду, маленькая врунья! Это ты стащила варежки с прилавка?
– Нет, что вы, месье… Они просто упали, а я подняла их, – в карих глазах девочки можно было увидеть отчаяние, мольбу.
– Конечно. Увидела, подняла и понесла с собой? А почему не отдала мне?
– Я хотела, но потом какая-то пожилая женщина спросила у меня, знаю ли я, где находится ближайшая аптека. Мне пришлось выйти на улицу, чтобы показать ей маршрут. Я вовсе не думала сбежать, правда!
– Тогда отдавай сюда варежки. Ты обойдешься без них!
