– Вы оказались правы: на палубе действительно замечательно, – призналась она, принимая чашку горячего чая и тосты с корицей.
– Вы должны выходить почаще. Солнце и свежий воздух, приятные люди и хорошая музыка – вот лучшее лекарство от любых невзгод!
– Неужели я выгляжу так уныло? – Эдвина была озадачена. Скорее ей просто было страшно, хотя, если уж быть честной, – да, она грустила. Это путешествие воскресило в ней столько мучительных воспоминаний. – У меня все хорошо. Честное слово!
– Теперь вы выглядите гораздо лучше, – одобрительно заметил стюард, но она опять огорчила его, когда попросила принести обед ей в каюту.
Стюард, готовый на все ради этой загадочной пассажирки, воскликнул:
– Мадам, у нас великолепный обеденный салон! Разве не лучше обедать там?
Он так гордился кораблем, что всегда обижался, если пассажиры отказывались воздать должное его роскоши и удобствам.
– Боюсь, мне просто нечего надеть: я отправилась в путь налегке.
– Это неважно. Красивая женщина остается красивой даже в простом черном платье.
Он заметил даже это!
– Может быть, завтра…
Стюард тяжело вздохнул и ушел, чтобы принести ей обед. Даже филе-миньон со спаржей по-голландски и яблочное суфле не вызвали у нее аппетита. Блюда остались почти нетронутыми.
– Мадам почти ничего не ест, – скорбно заметил стюард, забирая поднос, однако вечером, когда он зашел, чтобы приготовить ей постель, пассажирки в каюте не оказалось.
Эдвина долго не решалась, но все-таки вышла прогуляться перед сном. Держась подальше от бортовых поручней, она медленно шла по прогулочной палубе, страшась поднять взгляд и увидеть море. Мало ли что там: может, спасательная шлюпка… или призрак… или айсберг… Она старалась не думать об этом, глядя себе под ноги, и в следующий момент наткнулась на пару дорогих кожаных черных мужских туфель. Она подняла взгляд – перед ней стоял тот же элегантный господин в пальто с бобровым воротником.
– Ох, нет! – рассмеялась Эдвина, пытаясь скрыть смущение.
Он опять что-то выронил из-за нее, но не рассердился, а весело сказал:
– Кажется, это входит у нас в привычку. Задумались?
– Да, и не видела, куда иду. Опять! Простите ради бога!
– Вот и я, – признался он. – Засмотрелся. Море так прекрасно, не правда ли?
Он устремил взгляд вдаль, а Эдвина – на него. Он так напомнил ей Чарлза, что защемило сердце. Словно почувствовав ее взгляд, он посмотрел на нее и тепло улыбнулся.
– Не желаете ли пройтись? – Он предложил ей руку, а она лихорадочно соображала, как бы повежливее отказаться, только ничего не приходило в голову.
– Я… немного устала… хотелось бы лечь пораньше.
– Тем более полезно пройтись. Свежий воздух – это чудесно! А уж морской… прочищает голову… и улучшает зрение. Пойдемте!
И Эдвина машинально опустила руку на сгиб его локтя.
Они медленно обошли палубу, не сказав друг другу ни слова. Эдвина вообще не имела привычки разговаривать с незнакомцами. Молчание затянулось, и ей уже стало неловко. И тогда, словно почувствовав это, ее спутник спросил:
– Вы из Нью-Йорка?
Он словно разговаривал сам с собой, поскольку Эдвина слишком волновалась, чтобы заговорить первой, однако его это нисколько не смущало. Их окутывал прохладный ночной воздух, высоко в небе светила луна.
– Нет, из Сан-Франциско.
– Вот как… Направляетесь в Англию, навестить друзей, или, может быть, в Париж?
– В Лондон. – Вырвать сестру из лап престарелого негодяя. – Всего на несколько дней.
– Такой долгий путь ради нескольких дней? Должно быть, вы очень любите путешествовать морем, – заметил он непринужденно, останавливаясь возле шезлонгов. – Не желаете присесть?
Эдвина почему-то согласилась, даже не задумываясь. С ним было так легко, так просто. Она села в соседний шезлонг, он набросил плед ей на ноги, а потом с улыбкой сказал, протягивая руку: – Позвольте представиться: Патрик Спаркс-Келли, из Лондона.
Она ответила на его пожатие и откинулась на спинку шезлонга.
– Эдвина Уинфилд.
– Мисс? – спросил он без обиняков, и она с улыбкой кивнула: какая кому разница, – но его бровь поползла вверх. – Вот как? Очень интригующе! Знаете, тут о вас уже вовсю судачат.
У него был такой озадаченный вид, что Эдвина рассмеялась. Какой он забавный!
– Что вы говорите? И каковы же слухи?
– Ну вот только сегодня за обедом соседки по столу сообщили, что на борту есть одна красивая молодая дама, которая почти не выходит из каюты, ни с кем не общается и вообще ведет себя загадочно.
– Но, возможно, это про какую-то другую даму, – с улыбкой возразила Эдвина, не сомневаясь, что он все это выдумал.
– Вы ведь гуляете по палубе в одиночестве? Да, гуляете. Я-то знаю, потому что видел вас собственными глазами. А еще, – добавил он весело, – эта самая молодая дама пару раз чуть не сбила меня с ног. Вы не обедаете в салоне-ресторане, ведь так? – Он испытующе посмотрел на нее, и она опять рассмеялась, качая головой.
– Нет, то есть пока, но…
