Черт! Во мне все переворачивается, и я откладываю мобильник. Секунду спустя приходит новое сообщение: «Заброшенные склады деревообрабатывающего завода. Не придешь, пеняй на себя». Словно в тумане я кладу телефон на кухонный островок и раздумываю, как поступить. Сейчас почти полночь. Ничего, я выросла с мальчишками и сумею разобраться с этим испанцем, мексиканцем или кто он там. Мне понадобилось десять минут, чтобы надеть рваные джинсы, толстовку Лукаса и связать волосы в тугой хвост. Так я точно сойду за брата. Набросив капюшон, беру ключи и тихо покидаю дом. Лишь в нескольких милях от дома я понимаю, что оказалась абсолютно без связи. Оба телефона остались на кухне. Плевать. Я знаю город получше любого гида. А на тех складах мы бывали с отцом, когда присматривали помещение для нового мебельного бизнеса. Кстати, надо заглянуть как-нибудь в офис. Для расслабления включаю местное радио и слышу отпадную песню Stone Sour – Through Glass.
Еще задолго до того, как подъехать, слышу латиноамериканскую музыку. Немного пробирает дрожь. Паркуюсь около ржавых бочек и выхожу из салона. У меня ведь ни хрена нет! Ни телефона, чтобы доказать, что я сестра Лукаса, ни оружия, чтобы припугнуть, если придется. Я отличная мишень. Прекрасно, Эштон, ты в полной заднице.
– Эй, Hola[6]! – обращается ко мне накачанный рослый парень с бритой головой.
– Привет, – спокойно отвечаю я, – мне нужен Энрике.
– Рикки, ven aquí[7]! К тебе красотка пожаловала.
Складская дверь распахивается, и выходит тот, кто мне нужен. Развязной походкой он сокращает расстояние и останавливается в нескольких сантиметрах от меня.
– Кто ты такая?
– Эштон Гласс. Вы избили моего брата Лукаса. За что?
– О, china! Лукас должен мне три штуки за отменный порошок. – Его татуированная рука касается моей щеки, и я делаю шаг в сторону.
– Мой брат их не употребляет.
– Хочешь сказать, я трепло? Взгляните на нее! Богатенькая сука решила самого Энрике обвинить в обмане!
Энрике говорит громко, вперемешку с испанскими словечками. Снова пытается приблизиться в своей этой сальной майке с широкими лямками. Я толкаю его от себя. За что получаю крепкую затрещину и ощущаю солоноватый вкус крови на губах. Он смеется и что-то невнятно приказывает своему крепкому дружку. Мне даже опомниться не удается, как тот бритый хватает меня и тащит на склад. Внутри насчитываю трех человек с такими же противными мордами. Меня усаживают на стул по приказу Энрике. Когда Начо – так зовут лысого парня – отходит, Энрике наклоняется и, не моргая, смотрит мне в глаза.
– Похвально, что не побоялась постоять за брата. Только жаль, что целой и невредимой ты отсюда не выйдешь. Мои парни любят таких куколок, как ты. Смотри, у них уже слюнки текут.
Я перевожу взгляд и наблюдаю, как четверо мужиков трогают себя за яйца.
– Иди к черту!
Снова удар, и я морщусь от боли. Энрике накручивает мой локон на указательный палец, а на ухо шепчет, какая я аппетитная добыча.
– Отпусти девушку, Энрике! Я пришел за ней.
Мексиканец оборачивается на голос Эйдена. Я вздрагиваю от неожиданности. Он пришел за мной?
– Dios mio[8]! Палмер?!
Энрике наконец отпускает волосы Эштон и, засунув руки в карманы брюк, с усмешкой разглядывает меня. Девчонка переводит взгляд с Энрике в мою сторону. Видимо, она очень удивлена тем фактом, что лидер Геррерос знает меня.
– Я заберу ее прямо сейчас, Энрике, – твердо произношу я и делаю шаг вперед. Один из парней Кабрере преграждает мне путь.
– О, не так быстро, амиго! Мои парни уже настроились на веселое развлечение с этой девочкой. – Кабрера приподнимает голову Эштон, держа ее за подбородок. – Chica encantadora[9]!
Эштон дергает головой и вырывается из его хватки.
– Строптивая у тебя подружка, Палмер. Наверное, трахать такую одно удовольствие. – Смех Энрике разносится по складу.
– Тебе нужна не она, а деньги. Мальчишка отдаст тебе все до последнего цента.
Мне не нравится, как развивается ситуация. Помимо босса, в помещении еще трое его парней, и я уверен, что у каждого из них припрятан «Глок» или «Беретта» в ремне за спиной. Со мной же только Джай.
– Тут ты прав, Эйд! Мне нужны только мои деньги. – Энрике проводит рукой по своим черным волосам, уложенным с помощью геля. – Но я тут подумал, что маленькая мисс Гласс может отработать долг своего брата. Тем более за то, что не он сам явился на эту встречу, его долг удвоился. – Эштон издает какой-то звук, похожий на вздох отчаяния. Кабрера между тем продолжает: – В моем борделе в Сан-Диего нужны такие девочки для утех vip-клиентов, Палмер. За год работы у нее получится отработать должок братца.
– Я пришел за ней, Энрике, и я уйду только с ней! – уверено произношу я, глядя в испуганные глаза Эштон.
– Знаешь, Палмер, ты еще дышишь только потому, что несколько месяцев приносил мне неплохие деньги. Я знаю тебя как отличного бойца. Разве она стоит того, чтобы мои ребята сделали из тебя калеку?
Энрике, прищурившись, изучает мое лицо.
– Стоит, – не раздумывая, отвечаю я. – Отдай мне девчонку, и завтра днем вся сумма будет у тебя.
