– Хорошо. Оззи пригласили в Парсонс. Его мечта сбылась. А как твои дела? – Она садится на кровать и тяжело выдыхает. – Душно здесь как-то.
Эштон подрывается и выходит на веранду. Я следую за ней. Что происходит?
– Детка, может, позвонить врачу?
Поворачиваю ее лицом к себе, но она отводит глаза в сторону.
– Нет, я же говорю, все отлично. Лучше расскажи, чем занимался? Или тебе есть что скрывать?
Эштон наигранно прищуривается и изучает мое лицо.
– Утром вернулся из Сэнди и весь день пропадал в кампусе, – пожимаю плечами. – Мне нечего скрывать.
По спине пробежал холодок. Неужели она знает про сделку и поэтому сама не своя сегодня?
– Как в Сэнди? Как мама и папа?
Она словно видит меня насквозь. А затем обнимает и кладет голову мне на грудь.
– Мама попала в аварию. – Эштон резко вздрагивает и испуганно смотрит на меня. – Ничего серьезного, пара ушибов. Гребаный парень Клэр оказался хреновым водителем!
Как только имя Клэр долетает до ее ушей, она отталкивается от меня.
– Ты ее видел? Разговаривал с ней?
– Да, она была в больнице, им тоже потребовалась помощь. – Я опять пожимаю плечами.
– Понятно. Стечение чертовых обстоятельств. Главное, что Рейчел цела.
Эштон обходит меня и останавливается чуть поодаль, опираясь локтями на кованое ограждение.
– В чем проблема, Эш?
Она явно чем-то недовольна. Неужели моей встречей с Клэр?
– Забудь. Не обращай на меня внимания, – отмахивается и пытается улыбнуться. – Только, пожалуйста, не произноси ее имя при мне.
Я подхожу и прижимаю любимую к себе.
– Не думай о ней, детка, для меня больше никого вокруг не существует. Я так чертовски сильно тебя люблю! – наклоняюсь и оставляю на ее губах быстрый поцелуй. – Я очень соскучился! Не хочу снова возвращаться в свою комнату, где нет тебя.
Снова нахожу ее губы и в этот раз как следует наслаждаюсь их вкусом.
– Я хочу найти квартиру недалеко от кампуса для нас. Что скажешь? – шепчу, едва оторвавшись от нее.
– Ты хочешь, чтобы мы жили вместе? Только ты и я? – проводит она языком по моим губам. – Придется забыть об учебе.
Эштон расплывается в улыбке и, не дав мне вздохнуть, кладет мои руки себе на задницу.
– Я думаю, учеба не помешает нашим отношениям.
Эштон прыскает. Я стискиваю ладонями ее попку.
– Так это да или нет?
– Да. Миллион раз да! Ты хуже наркотика, Эйден.
Пару дней я занимаюсь своими делами, а точнее, пропадаю в клинике. Оззи исправно выполняет указания Клары и два утра подряд возит меня к ней на прием. Думаю, из него вышел бы хороший муж и отец. Вот только свое мнение парню стоит держать при себе. Он мне всю кровь выпил насчет того, что я должна сообщить Эйдену и семье о беременности. Но как я скажу отцу, что у меня под сердцем малыш и что все его планы летят к чертям собачьим?! Как?
И слабая психика Лукаса не выдержит такого заявления. Мы с ним – две половинки одного целого. Я не могу так с ним поступить. Поэтому раз за разом умоляю Оззи хранить молчание. Слава богу, Клара подбирает мне удобный режим питания, выдает таблетки, витамины и мне становится легче. Вот только при любом нарушении правил меня ждет кара. Что за кара? Пребывание под наблюдением в «Маунтин Рок». Нет, такого наказания я не вынесу.
– Милая, к тебе пришли! – разносится эхом по всему дому голос отца.
Я срываюсь с кровати и спешу вниз в надежде, что это Эйден. Мы давно не виделись, и я ужасно соскучилась по нему. При мысли, что будем жить вместе, я подпрыгиваю на каждой ступеньке. Меня подбрасывает в воздухе, как легкое перышко. Но оказавшись в гостиной, несколько секунд прихожу в себя при виде Бланки Новаковой. Что эта дрянь забыла в моем доме?
– Приветики, – с противным акцентом говорит блондинка, – есть разговор.
– Выкладывай, – скрещиваю руки на груди.
Бланка достает смартфон и нажимает кнопку…
На последней фразе мое сердце сжимается, и я опираюсь спиной о стену. Лязг ключей, смех Фокса и отчетливый тембр Эйдена на записи, словно барабанная дробь, врезаются в уши.
– А ты думала, что он серьезно влюбился? Ты такая дура, Эштон!
– Зачем тебе все это, Бланка? Пришла посмеяться надо мной? Поздравляю, ты победила меня… – Слезы душат, и я застываю, словно статуя. Ноги такие ватные и непослушные, что меня подкашивает, как травинку. Отец прибегает на грохот моей задницы об пол.
