Несколько лет назад. И очень больно. Невыносимо больно: я не могу оправиться спустя столько лет. Почему?!
– Если ты не остановишься, то сделаешь больно своей невесте, – акцентировала внимание на слове «своей», отодвигаясь насколько это было возможно. А ведь изначально диван казался большим. А теперь? Теперь больше походит на клетку.
Виктор сел на краешек, с удивлением рассматривая меня.
– Я не хочу, чтобы ты изменил со мной… моей, пускай бывшей, подруге, – после каждого слова останавливалась. Всё-таки говорить на пике такого мощного возбуждения было нелегко.
Почему он единственный, кто способен свести меня с ума одним только своим существованием? Он рядом, и я теряю контроль!
– Это не должно тебя волновать, – процедил парень сквозь зубы.
Злится? Пускай. Заслужил.
– Но волнует. Ты скоро женишься! А ты решил сходить налево, удовлетворить потребность. Отвратительно, – чем больше я об этом думала, тем противнее мне становилось.
Возбуждение как рукой сняло.
Ну, уж нет! Не стану игрушкой в его руках! Пусть даже в столь желанных.
Нет! Даже не буду об этом думать! После секундного удовольствия я испытаю муки и угрызения совести, в разы сильнее, чем сейчас. Мне и так стыдно, что я почти голая перед чужим будущим мужем!
Некоторое время мы молча сидели в разных углах дивана, пытливо всматриваясь в друг друга. Мой партнёр по танцам, видимо, потерял дар речи. Я не видела, что можно ещё сказать. Все слова были сказаны раньше. Несколько лет назад.
Ситуацию спас зазвонивший телефон, лежащий на журнальном столике. Парень нехотя встал и ответил:
– Да, Люба? Да, всё хорошо.Репетируем…
Презрительно фыркнула, оделась, пытаясь забыть минуту позора, и, не дослушав этот разговор, умчалась в коридор, где накинула куртку и выскочила в облако мерзкой погоды.
Куда угодно, лишь бы подальше.
По «счастливому» совпадению, мамы не оказалось дома. Впервые не стала её осуждать: она молодая, красивая, имеет право встречаться с кем и когда захочет. Она же не я: не пристаёт к парню, который давным-давно и накрепко занят. Поморщилась от осознания своей ничтожности.
Захотелось разрыдаться от безысходности: слишком хотела Виктора, и сейчас испытывала дикую неудовлетворённость, а мы всего лишь пару раз поцеловались! Не справедливо! А что было бы, если бы переспали?
Застонала, поняв, что не смогу этого выдержать.
Моё чаепитие со снедающими меня мыслями прервал звонок в дверь. Нахмурилась. Кого это принесло так поздно?!
Не стала даже включать свет в коридоре. Недолго думая, распахнула дверь на всю ширь и тут же пожалела. На пороге стоял Виктор. Он дьявольски улыбался, в его глазах горели нехорошие страстные огоньки. Ойкнула: не ожидала такого позднего визитёра.
Виктор не терял времени даром, втолкнул меня в квартиру и захлопнул за собой дверь.
– Что ты здесь… – «делаешь» потерялось на языке, потому что мой рот заткнули поцелуем, нагло прижав к холодной стене. Отрезвило ли это меня? Отнюдь, только сильнее увлекло в пучину бесконечных эмоций.
У меня не было сил сопротивляться: слишком чувственно, слишком возбуждающе, слишком яростно. Целуя, Виктор иногда покусывал губы, и это полностью сбивало с толку и сводило с ума.
Я сама не заметила, как начала отвечать на поцелуи, отвечать на его порой грубые ласки. Дьявол! Как чертовски мне всегда нравилась его настойчивость, решительность, непоколебимость. Если он решил, переубедить его было не реально.
Возможно, именно поэтому мы никогда не были и не будем вместе.
Вскоре мы оказались в моей спальне: всё это время Виктор не выпускал меня из цепких объятий, видимо, боясь, что начну вырываться. А мне даже и не хотелось: устала говорить нет, устала отрицать только всё усиливающееся желание.
Одежда отлетела куда-то в сторону вместе с гордостью и обидой. Пусть они придут после вместе со стыдом и сожалением, сейчас только настоящее наслаждение, которое я не хочу ничем испортить.
Боже, как приятны и горячи его поцелуи, как обжигают его ласки! Его губы на моей коже вызывали судорожное желание. Почувствовала настоящее удовлетворение, когда он молча, без лишних слов вошёл в меня…
~~~
Вскрикнула, резко сев на кровати. Пот градом стекал с моего лба. Долго не могла понять ни где я, ни что происходит. Сидела обескураженная, молча пялясь в одну точку.
В коридоре послышались шаги. Напряглась, насупившись и испугавшись. Дверь распахнулась, на пороге стояла мама:
– Наденька, всё хорошо?
Щурясь от света, промычала, медленно осознавая произошедшее. Виктор проник в мою голову, в подсознание, заставив мечтать о нём. Чувства не прошли, полыхало в теле всё сильнее. Теперь я грежу о нём во сне!
Это всего лишь сон! Прерванный на самом приятном моменте! Боже, почему я всё ощущала на себе? Как будто это было в реальности. Взаправду. Не понарошку.
– Приснился кошмар, – устало вздохнула. – Это всё нервы перед главным выступлением.
