Ее беспокоили мысли о нем, о том, что она скажет, когда он приедет. Когда Эсми услышала звук машины, ей показалось, что ее сердце остановилось. Женщина кое-как справилась с замком и открыла дверь. Увидев мужчину на пороге, она почувствовала, что ее сердце забарабанило в бешеном ритме. Они молча уставились друг другу в глаза. Карлайл не пытался что-либо говорить, решив для себя, что он сказал достаточно. Эсми силилась что-то сказать, но не могла. Казалось, воздух в легких стремительно сокращается, мешая ей собраться мыслями.
— У меня есть взрослый сын, — выпалила первое пришедшее ей в голову.
Карлайл облегченно выдохнул.
— Если ты помнишь, я воспитываю трех сумасшедших девочек, — проговорил он, улыбнувшись.
Эсми неуверенно улыбнулась, покусывая свои губы, и тут из ее глаз потекли слезы.
Карлайл, поддавшись порыву, шагнул вперед. И Эсми с радостью бросилась ему навстречу. Она жадно впилась в его губы, боясь передумать. Он нужен был сейчас как спасение, как ее собственная панацея от одиночества. Эсми сейчас готова была принять его, отпустить прошлое и попробовать начать все заново. И это не означало, что ее прошлое было плохим. Нет, она не хотела сравнивать этих двух мужчин. Ей не хотелось разбираться, кого она любит больше. Ей хотелось просто жить сейчас, оставив лишь светлые воспоминания о прошлом, надеясь, что много света еще впереди.
Отношения развивались стремительно. Карлайл и Эсми встречались. Пока тайно. Они не торопились посвящать в свои отношения детей. Отчасти от того, что боялись сложностей и желали насладиться лишь друг другом.
Сегодня Карлайл пожертвовал обеденным перерывом, чтобы устроить скорое свидание с любимой женщиной. Они вошли во вкус длинных страстных поцелуев, что не заметили, как к подъездной дорожке подъехала машина. Эсми и Карлайл не ожидали, что Белла и Эдвард решат прогулять свой факультатив.
— Мам?!
— Пап?!
Воскликнули в один голос их дети. Мужчина и женщина тут же отстранились.
— Что тут происходит? — рявкнул Эдвард.
Эсми так растерялась, что не смогла произнести ни слова. Откровенно говоря, она впервые видела его злое выражение лица, обращенное к ней.
— Эдвард, — проговорил Карлайл, пытаясь объяснить ситуацию, но парня это сильнее разозлило.
Он в ярости подскочил к Каллену и кулаком двинул в лицо мужчины. Эмми и Белла вскрикнули. Карлайл отшатнулся и тут же прикрыл нос, чтобы кровь не растеклась по рубашке.
Воцарилось молчание.
Розали и Элис даже не догадывались, какой скандал разразился вокруг их отца.
В гостиной семейства Мейсон все притихли, ожидая, что будет дальше. Эдвард и сам не понял, как смог ударить человека, которого до этого момента уважал. Мужчину, который был отцом любимой девушки.
— Ты придурок! — первой пришла в себя Белла. Она бросила на друга ненавидящий взгляд. — Ты ударил моего отца!
Злость Эдварда вспыхнула снова. В нем горели гнев, обида, боль. От слов девушки они стали невыносимыми. Он попытался уйти от разговора, точнее сбежать, и пулей метнулся к выходу, но Белла не собиралась так быстро сдаваться. Она выбежала следом. Карлайл кричал ей вслед, но она уже знала, что хочет сказать Каллен старший.
Ее миролюбивый отец попытается простить, объяснить поступок парня, а вот она — нет. Девушка не позволит кому-то трогать ее семью. Почему-то осознание того, что семью нужно защищать пришло сейчас. Точнее, любила она своих родных не больше, чем раньше, просто, до этого момента авторитет отца был непоколебим. Конечно, это было по-детски, но она, как многие подростки, видела в нем просто отца. Ей казалось, что его задача в этой жизни — быть главой семьи, ругать, хвалить и проверять ее оценки. Но, увидев Карлайла рядом с женщиной, она поняла, что ни разу не видела отца таким: молодым, счастливым.
Сейчас она приняла самое, как ей показалось, верное решение, сделать все, чтобы Каллен старший был счастливым. И потом, оскорбление, которое нанес Эдвард ее отцу, прощать она не собиралась. Беллу не смутило, что Эдвард ломанулся к машине.
— Вылезай! — рявкнул парень, когда Белла забралась в его машину.
— Не мечтай! — крикнула девушка ему в ответ.
— Проваливай! — упрямился Мейсон, с силой вцепившийся в руль.
— Пока ты не извинишься перед отцом, не вылезу.
— Я не собираюсь извиняться перед всякими…
Девушка не дала ему договорить и отвесила ощутимый подзатыльник.
Эдвард не был из тех парней, которые прощали рукоприкладство по отношению к себе. Его гнев разгорелся с новой силой. Он едва не потерял самообладание перед ней.
— Ну все, Каллен, допрыгалась, — взревел он и, заводя двигатель, со всей силы нажал на газ.
Белла вскрикнула и с силой вжалась в сидение. Машина, казалось, не ехала, а летела. Но не скорость испугала ее, а безумные глаза парня.
