| Of course I felt my good faith involved in the observance of his request. | Я, разумеется, обещал исполнить его желание. |
| The punch being very nice, we sat there drinking it and talking, until it was almost nine o'clock. | Пунш был отличный, и мы просидели за ним, беседуя, почти до девяти часов. |
| "Getting near gun-fire," said Wemmick then, as he laid down his pipe; "it's the Aged's treat." | - Приближается время салюта, - сказал наконец Уэммик и положил трубку на стол, - для Престарелого это самое главное удовольствие. |
| Proceeding into the Castle again, we found the Aged heating the poker, with expectant eyes, as a preliminary to the performance of this great nightly ceremony. | Мы опять прошествовали в замок, где Престарелый, оживленно поблескивая глазками, уже накаливал кочергу, что служило прологом к торжественному ежевечернему действу. |
| Wemmick stood with his watch in his hand until the moment was come for him to take the red-hot poker from the Aged, and repair to the battery. | Уэммик с часами в руках стоял подле, пока не настало время взять докрасна раскаленную кочергу из рук родителя и отправиться на батарею. |
| He took it, and went out, and presently the Stinger went off with a Bang that shook the crazy little box of a cottage as if it must fall to pieces, and made every glass and teacup in it ring. | Затем он исчез, и вскоре Громобой выпалил, да так сильно, что домишко сотрясся до основания, словно готовый развалиться на куски, а все стаканы и чашки в нем зазвенели на разные голоса. |
| Upon this, the Aged-who I believe would have been blown out of his arm-chair but for holding on by the elbows-cried out exultingly, | Престарелый родитель, который, как мне показалось, вылетел бы из своего кресла, если бы не держался за подлокотники, прокричал в упоении: |
| "He's fired! | "Выстрелила! |
| I heerd him!" and I nodded at the old gentleman until it is no figure of speech to declare that I absolutely could not see him. | Я слышал!", и я стал кивать ему так усердно, что, скажу без преувеличения, все поплыло у меня перед глазами. |
| The interval between that time and supper Wemmick devoted to showing me his collection of curiosities. | Перед ужином Уэммик показал мне свое собрание редкостей. |
| They were mostly of a felonious character; comprising the pen with which a celebrated forgery had been committed, a distinguished razor or two, some locks of hair, and several manuscript confessions written under condemnation,-upon which Mr. Wemmick set particular value as being, to use his own words, "every one of 'em Lies, sir." | То были по большей части уголовные реликвии: перо, послужившее знаменитому преступнику для написания подложного письма; две-три прославленных бритвы; пряди волос; и несколько подлинных признаний, написанных осужденными на виселицу, - эти документы мистер Уэммик ценил особенно высоко, поскольку в них, как он выразился, "что ни слово, то ложь, сэр". |
| These were agreeably dispersed among small specimens of china and glass, various neat trifles made by the proprietor of the museum, and some tobacco-stoppers carved by the Aged. | Все эти безделушки были со вкусом разложены среди фарфоровых и стеклянных фигурок, разнообразных изделий, искусно выполненных самим владельцем музея, и палочек для набивания трубок, работы Престарелого. |
