А ведь отчисляют многих. Особенно на физфаке. Выходит, не лучшие выпускники новгородских школ осаждают в августе институт. В первый год реформы среди них не было молодых рабочих с предприятий — членов педотрядов, воинов, демобилизованных в запас. А ведь самая первая эта ступенька — абитуриент — нуждается в особой комсомольской опеке, потому что именно она держит все здание школы.
Но вернемся к нашим поискам. Если и плещется где-либо педагогическая мысль, так это, должно быть, на педсовете. Тетради с их протоколами всегда под рукой у директора. Большие такие тетради, похожие на амбарные книги, только в щегольских корочках. А вот содержание почти идентично: если не учет, то отчет, утверждение — все, что угодно, только не совет. Советоваться — значит думать, искать, предлагать, а повода для столь естественных состояний мысли и души повестки педсоветов не дают. И это удивительно. Ни одной «живой» ситуации, ни одной проблемной постановки вопроса... А разве педсовет не творческое объединение педагогов, не постоянно действующие курсы повышения квалификации и не педагогическая мастерская?
На все эти вопросы я всюду получил утвердительные ответы. Но на крыльце девятой школы встретил Семенова Валеру, человека лет тринадцати, а то и меньше. Уроки идут, а он семечки щелкает. «За что выгнали?» — скромно поинтересовался я. «За все хорошее», — не моргнув глазом ответил Семенов Валера, и стало понятно, что он — не подарок девятой школе. Но когда же это произошло, с чего началось? Разве это не повод для разговора на педсовете? Но, боюсь, личность Семенова Валеры заинтересует педсовет только при решении вопроса о мерах его наказания, но не как проблема, будящая в коллективе раздумья, открытия, споры... А то бы еще пригласить на педсовет Николая Геннадиевича Варухина, Владимира Александровича Куприянова, Любовь Алексеевну Георгиевскую и спросить, как рождаются педагогические идеи, как разжечь в учителе огонь энтузиазма, подвижничества? Очень интересный, а главное, полезный получился бы разговор.
«Учитель живет до тех пор, пока учится» — слова эти К. Д. Ушинского я встречал во многих школах и к концу своей командировки убедился, что это не элемент оформления методкабинета, а действующая норма в новгородских школах. Опытный учитель, наставник — непреходящая ценность нашего общества, он делает понятие «школа» не административным и позволяет нам в течение всей жизни помнить и гордиться тем, что был учеником Половнева или Куприянова. Пусть чаще помнит об этом и молодой педагог с комсомольским значком на груди и не теряется от вопроса: «С какой идеей вы пришли в школу?»
— Лентяй ты несчастный, да я в твои годы... — начинает распекать сына папаша. Знакомая сцена. Только вот конец у нее неожиданный: «Ну что ж, я с удовольствием поработаю!»
А почему такой уж неожиданный? Когда в одной из московских школ я спросил у старшеклассников, кто хотел бы поработать, поднялся лес рук. «Конечно, хотим. Но где?» — тут уже вопрос был задан мне. И я не нашелся что ответить.
...Ветхая избушка в центре Тамбова не охраняется государством, это не памятник архитектуры. Здесь — единственное в городе бюро по трудоустройству. Войдем по ее шатким ступеням и спросим: куда устроиться подростку?
— А это не к нам, — ответили хозяева домика (наверное, со своим вопросом я был не оригинален). — Этим занимается школа.
Но оказалось, устройством подростков на работу не занимается и школа.
— Не будем же мы каждого за ручку водить по отделам кадров,— резонно ответили в областном отделе народного образования.
Попробовал я сам «стать» подростком и «поводить себя за руку». Оказалось: на трудоустройство школьника человеку, в этом деле несведущему, требуется в лучшем случае несколько дней, а то и месяц. Положительный результат не гарантирован. Кто же может позволить себе такую роскошь? Вероятно, те, кто по доброте душевной возьмется за это хлопотное дело. Когда — учитель, когда — сердобольный родитель, когда — комиссия по делам несовершеннолетних, когда — секретарь райкома комсомола.
Немало времени провел я за чтением различной специальной литературы, газет и журналов, пытался выяснить, как сегодня у нас обстоят дела с трудовым воспитанием учащейся молодежи, в каких регионах уже сейчас, не дожидаясь, когда Госплан СССР выделит или создаст для учащейся молодежи несколько миллионов рабочих мест, используют имеющиеся реальные возможности занять подростков реальным и полезным делом во время каникул и в учебном году.
И вот что выяснилось.
БЮРО ПО ТРУДОУСТРОЙСТВУ КРАЙНЕ РЕДКО ЗАНИМАЮТСЯ СТАРШЕКЛАССНИКАМИ. У работников бюро есть отговорка: по закону подростков на работу должна устраивать комиссия по делам несовершеннолетних (само ее название отпугивает школьников). Но по логике это, думается, все же обязанность органов по труду. Только здесь работают профессионалы, любой другой сделает эту работу по-дилетантски (да и зачем ему делать чужую работу?).