— Все просто, барон. Ты создашь для меня тайный орден убийц и грабителей, и тем самым искупишь свои многочисленные грехи перед Господом. Проповедников и помощников тебе дам. Деньги выделю. Замок для школы получишь. Людей, которые станут проводниками нашей воли, пришлю. Наша цель — уничтожение врагов истинной веры. Не только силами дружин и боевых отрядов, которые пойдут под знаменами с крестом, но и клинками убийц. До сих пор, если и были в стане врага наши шпионы, которым поручали убийство венедских вождей, они действовали, словно любители. А нам нужны профессионалы, которые не боятся умереть и будут выполнять приказ до смерти. Не один такой боец необходим и не десяток. Нужны сотни клинков, которыми будут руководить из одного места. Ты меня понял?
— Да, — Вольфганг еще ниже опустил голову. — Однако имеете ли вы такую власть, чтобы создавать подобный орден?
Сванден протянул барону ладонь и на пальце главы ордена он увидел массивное литое кольцо из червонного золота, которое было украшено кроваво — красным рубином неправильной формы, с обрамлением из двух крупных алмазов.
— Это кольцо, — усмехнулся гохмейстер, — подарено папой римским и является знаком моей власти. Оно позволяет мне делать все, что необходимо, для торжества истинной веры.
— Я все понял и подчиняюсь вашей воле, мейстер, — Вольфганг фон Изенберг подошел вплотную к столу, нагнулся и поцеловал кольцо.
Земли племени шпреван. Зима 6659 С. М.З. Х.
Князь Якса из Копаницы сдвинул набок меховую шапку, привстал на стременах и посмотрел в сторону дремучей чащобы.
Вдалеке послышался шум и он приближался. Сначала это были удары палками по деревьям и звук примитивных трещоток. Потом стали слышны крики загонщиков, которые гнали по зимнему лесу зверье. А затем Якса ясно различил треск сучьев, и на опушке мелькнула серая шкура взрослого лося.
Опустившись в седло, князь обернулся и окинул взглядом свою свиту. Верные дружинники, предвкушая хорошую охоту на крупного зверя, приготовили копья, которыми они станут бить животных. А некоторые проверяли луки и плети — это для волков, лис и зайцев.
— Надо было собак взять, — подъехав к князю, сказал его верный боярин Ольх Березан.
— Нет, — Якса покачал головой. — Мы здесь ненадолго. Поохотимся и обратно в Бранибор. А собаки нас бы замедлили.
— Как скажешь, княже. Вот только кабана без собак взять не получится. Секачи злые, могут лошадь поранить и человека наземь сбить.
— Знаю и кабанов пропустим. В следующий раз возьмем.
Боярин кинул и замолчал, а Якса опустил голову в плечи и нахмурился.
Настроение у князя было не самое лучшее и на это имелись причины. В противостоянии венедов и католиков он встал на сторону братьев по крови. После чего варяги и лютичи помогли ему захватить Бранибор и прогнать германского герцога. Но все равно они ему не доверяли. Отправлять в земли, которые теперь принадлежали Яксе, подкрепления никто не торопился. Денег из общей казны, как Никлоту, ему не выделяли. Занять княжеский стол племенного союза лютичей не дали. А теперь венеды собираются в большой морской поход, готовят корабли, зовут на помощь союзников и собирают воинов. Однако Якса, хоть и князь, не знал, куда они отправятся, и это говорило о том, что его голос на сходах Венедского союза звучит слабо и основные вопросы обсуждаются без него. Только два племени, шпреване и часть стодорян, подчинялись ему, и это были не самые сильные племена.
«Наверняка, против меня кто-то всех подговаривает, — подумал Якса. — Но кто? Скорее всего, Вадим из Рарога и жрецы. Больше некому. Хотя я им дорогу не переходил. Отдали бы мне власть над лютичами, и я смог бы встать вровень со всеми. Однако нет — им не понравилось, что я старые грешки Прибыслава вспомнил»…
— Княже! — окликнул Яксу боярин Березан. — Зверь пошел!
Якса отвлекся от тяжелых дум и опять обратил внимание на чащобу, откуда группами, спасаясь от загонщиков, выбегали лесные звери. Сначала появились кабаны. За ними олени и лоси. А далее дичь поменьше.
Молча, Якса протянул в сторону руку, и молодой оруженосец Гремислав вложил в нее копье. Можно начинать охоту и князь, приподняв оружие, закричал:
— Вперед!
Не успел звук рассеяться, как Якса послал своего мощного жеребца в поле, наперерез животным, и свита последовала за ним.
С посвистом и гиканьем, погоняя откормленных овсом лошадей, три десятка всадников разделились на два крыла и стали охватывать самую главную добычу, лосей и оленей. Кабаны ушли в сторону, а волками, лисами и зайцами охотники собирались заняться немного позже. Все равно они не скроются. В поле от лошади и стрелы уйти сложно, а в лесу, который мог бы укрыть зверей, еще один отряд загонщиков, который пуганет их обратно.
— Хей — й! — ударяя коня стременами, закричал князь и на ходу прокрутил в ладони копейное древко.
Он хотел развеяться и, судя по всему, охота будет удачной. Невдалеке от Яксы, не успевая удрать, оказался мощный сохатый, который прикрывал стадо, и князь решил, что вожак достойная для него цель.
