Наконец, флотилия направилась к устью реки Орн. Следуя вдоль береговой черты, на рассвете мы вошли в реку, надо отметить, не широкую, и стали высаживаться, а затем пошли в Кан. Варяги, пруссы, русичи и вароги быстрым шагом, за два с половиной часа, преодолели расстояние от моря до города, и мы ворвались в Кан, где нас никто не ждал. Кустарник перед стенами давно не вырубали, а городские ворота были открыты — глупость несусветная, и на улицах завязался бой.
Несмотря на удачный прорыв в город, развить успех сразу не удалось. В Кане оказалось много воинов, которые толпились на улицах, словно собирались куда-то выступить, и сопротивлялись франки отчаянно. Рядом закричал молодой варог. Выпущенный из пращи камень попал ему в висок. Воин упал и меня это разозлило. Видимо, по той причине, что я давно не получал отпора и все у меня выходило относительно легко, без серьезных потерь.
— Хорояр! — я позвал главного телохранителя.
— Здесь! — он был рядом.
— Идем в бой!
Хорояру лезть в сражение не хотелось. Однако спорить со мной он не решился, есть моменты, когда не стоит это делать. После чего варяг начал созывать самых лучших бойцов.
взгляд зацепился за Яромира и его гэльского друга Ранальда, который хотел посмотреть, как варяги берут города, а заодно, конечно же, сам собирался клинком помахать, пограбить и набить корабль добычей.
— Вадим, разреши, мы с тобой пойдем? — попросил Яромир.
— Добро, — согласившись, я позвал Поято, который находился неподалеку: — Ратмирович!
Он посмотрел на меня, и я отдал приказ:
— Принимай командование войском!
— Слушаюсь! — прусс кивнул.
— За мной! — я вытащил меч, перекинул со спины на руку щит и бросился вперед.
Вокруг меня очень быстро собрался отряд из полусотни отборных головорезов, которые привыкли проливать кровь, и мы врубились в ряды противника. Мы оказались в гуще сражения. Меня вынесло вперед, и я сразу отбил два удара, а затем увидел первого противника, кряжистого бородатого мужика в кожаной броне и открытом круглом шлеме. Он замахнулся, в руке у него копье, но я был быстрее. Шагнул на него и ударил щитом в лицо. Медный умбон впечатался ему нос. Теперь он не опасен и, навалившись на щит, я толкнул его от себя, заставил отступить и подсек католику ногу.
Следующий противник. Молодой воин, одет хорошо, доспехов нет, в руке сабля. Чем-то он напоминал пирата, какими их изображали в приключенческих романах. Но смелости ему явно не хватало. Его глаза, при виде меня, заметно расширились. Он боялся и я закричал:
— Убь — ю-ю!!!
Франк славянского языка не понимал, но смысл выкрика уловил и попытался отступить. Однако спрятаться за спинами других защитников города у него не получилось. Толпа не желала его пропускать, и он умер. Мой клинок вонзился ему в горло и ноги молодого «пирата» подломились.
В этот момент на мой щит обрушился сильный удар. Он отсушил руку и я хотел атаковать того, кто посмел поднять на меня оружие. Но не вышло. Опять всему виной давка.
Второй удар. В руке боль и тут ремень щита не выдержал. Кожа лопнула, и я сбросил щит с руки. После чего протиснулся немного вперед и на пути третий враг. Обычный воин. Может быть, городской стражник, который не успел натянуть броню. Левой рукой я схватил его за ворот рубахи, притянул к себе и ударил шлемом в лоб. Металл рассек кожу франка. Его лицо за секунду оказалось полностью залито кровью и это очень удобный момент, чтобы пронзить тело противника клинком. Только как, если не получается сдвинуться с места?
Сделав упор на правую ногу, левым плечом я толкнул его на толпу врагов и рванулся следом.
Наверное, я надавил на слабое место, потому что вместе с городским стражником вылетел из толпы. Свобода. Можно спокойно дышать и двигаться.
Потянув меч, который находился в толпе, я вытащил его, отшвырнул противника, который ничего не видел, и ударил его по голове. Четкий вертикальный удар снес ему часть черепа, и я обернулся.
Передо мной спины франков. Настоящая стена. А за ней мои воины, которые отстали.
— Ха! — на выдохе, я разрубил позвоночник ближайшему врагу.
— Сюда! — выкрикивая призыв варягам поторапливаться, рассек хребет другого франка.
— Рарог! — меч вошел под ребра еще одного противника.
Защитники города стали оборачиваться. Один даже попытался пырнуть меня широким мясницким тесаком. Однако я успел отскочить, прижался к стене двухэтажного здания и оказался один против трех. Франки ухмылялись. Они считали, что раз за ними численное превосходство, победа за ними. Вот только они ошибались. Я сам атаковал их, метнулся вперед и вонзил меч в толстого блондина. Клинок проник в тело легко и франк, еще не понимая, что уже умирает, с недоумением уставился на мое оружие, которое торчало из его живота. А потом он застонал и начал опускаться на колени.
Вытащив меч из тела, я обернулся и посмотрел на следующего противника. Неуверенно, он сделал шаг ко мне. Этот франк, увидев смерть, утратил боевой дух, и поплатился за это.
