Перегрузочная плавмастерская была пришвартована к борту подводной лодки вторым корпусом. На обоих судах целый день наводили большой порядок и настоящий флотский лоск. Теперь, к вечеру, после ужина, личному составу дали время, чтобы подготовить свою форму одежды к завтрашнему построению. Не важно, что спуск новой лодки будет происходить на другом заводе и там же появится Президент. По прямой до них через канал метров двести. И видимость отличная! Так что, как на параде, экипажи выстраиваются на верхней палубе и «торжественно встречают». Какая, на фиг, разница кого?! Важно, что с утра и до…
В общем, там видно будет.
Большинство матросов, конечно, завалились спать. Некоторые еще смотрели телевизор или украдкой пили чай в столовой. Дежурная служба на это закрывала глаза: и сами вымотались до предела, и прекрасно понимали, что еще завтра предстоит всем. Возможность урвать несколько лишних часов для отдыха – это подарок судьбы.
Другой «подарок судьбы» приближался к перегрузчику со стороны канала. Это был маленький моторный бот, который медленно тащил за собой металлический плот с невысокими бортами. Такие плоты использовались для производства наружных работ: небольшого ремонта бортов, их очистки и покраски. Сейчас на плоту находились четыре человека, одетые в теплую спецодежду рабочих предприятия, резиновые штаны и куртки с обязательным оранжевым спасательным жилетом поверх всего. Рядом с ними на плоту находились бидоны, вероятно, с краской и несколько специальных кистей на длинных ручках.
Ботик подошел вплотную к внешнему борту судна в районе спущенного веревочного трапа. На его деревянные ступеньки сноровисто выбрался плотный мужчина в таком же оранжевом спасательном жилете и белой пластиковой каске и неторопливо стал подниматься вверх. Водитель буксирного бота отвязал чалку плота от своей кормы, укрепил ее за тот же трап и, быстро набрав ход, затерялся в сумрачной тени длинного причала.
Поднявшись вдоль борта, мужчина перелез через леер и остановился, оглядываясь. В это время с другого борта судна, там, где находилась служебная рубка, появился помощник дежурного по кораблю, старшина первой статьи срочной службы, совершающий положенный обход. Увидев незнакомца, перелезающего на борт, он в первый момент опешил. Потом пригляделся к знакомой униформе рабочих завода и успокоился.
– Эй, друг! Ты, часом, не заблудился?
Мужчина оглядел матроса с головы до ног, присмотрелся к повязке дежурной службы у него на левой руке:
– Как я понимаю, старшина, вы являетесь помощником дежурного по кораблю. Я – главный строитель причальных сооружений завода «Звездочка». Кто у вас старший на борту?
Дежурный старшина оробел: строгий официальный тон говорящего, его начальственный взгляд явно указывали на право задавать такие вопросы. Кроме того, матрос вспомнил, как им объясняли, что цвет пластиковых касок работников предприятия указывал на их место в заводской иерархии. Белые принадлежали главному руководящему составу.
– Начальник мастерской капитан 3-го ранга Селиверстов. – И, не дожидаясь следующего вопроса, добавил: – Он в своей каюте. Позвать?
– Проводи меня сначала в рубку дежурного. И вызови туда самого дежурного по кораблю.
– Есть!
В это время из приоткрытого иллюминатора, выходящего на наружное бортовое крыло верхней палубы, послышался хриплый, низкий командный голос:
– Канашев! Ты какого… здесь разорался?!
– Товарищ капитан третьего ранга, тут… вот…
– …в рот! Гони своих друзей на!.. Чтоб я ни одного постороннего на борту не видел! Ясно?!
– Так это не посторонний. Это – к вам! – «Отлично сориентировался!» – похвалил себя старшина.
В иллюминатор высунулась всклоченная голова, но разглядеть что-нибудь в белесом полумраке ранней летней ночи не удалось.
– Сейчас выйду.
С минуту из каюты доносилось сопенье, кряхтенье и нечленораздельная брань, потом переборка с лязгом распахнулась, и по короткому трапу сверху спустился человек в черной пилотке с шитым «крабом» и наброшенной на плечи служебной куртке с погонами старшего офицера. Еще не доходя двух шагов до разговаривающих, он невнятной скороговоркой представился:
– Начальник мастерской капитан 3-го ранга Селиверстов. – И небрежно козырнул. – Кто вы такой?
Мужчина с ботика повторил свою должность. При первых звуках его голоса начальник мастерской сделал шаг вперед и внимательно вгляделся в лицо говорившего. На его губах появилась неуверенная улыбка:
– Вот… мать! Неужели… Паша́, это ты?!
Мужчина не вздрогнул, лишь на скулах мгновенно вспухли желваки и тут же опали.
– Мы знакомы?
