Только один раз вместо Маркоса со мной поехал Ришард. Он узнал про случившееся в первый же день, когда мы вернулись с больницы. Он плохо это перенес, так же как и я. Только он не плакал. Нет. Он был зол. То, как он отреагировал, очень напугало меня. Вся мебель, что была в комнате: диван, кресла, тумбочки, картины, светильники. Все стеклянное, деревянное, бумажное; все в комнате в одну секунду разлетелось в разные стороны маленькими кусочками. Только хорошая реакция Маркоса спасла меня от осколков. Вампир прижал меня к стене и укрыл своей спиной. Честно, я даже испугаться не успела, так как это настолько быстро произошла, что только выглянув из-за плеча Маркоса я испугалась. Пока адреналин тек по моим венам, а я сама приходила в себя, Ришард ушел из комнаты. На следующий день всю мебель заменили новой.
В последующую поездку к маме вместо Маркоса со мной поехал Риш. И он заметил то, что перечеркнуло идею о простом нападении — два маленьких отверстия от укуса вампира.
Ришард заметил их случайно, когда медсестра осматривала маму. Они были такими маленькими и незаметными, что ни я, ни папа не обратили на них внимания, когда ухаживали за ней. Когда медсестра ушла, Ришард закрыл дверь и стал осматривать маму. Я не возражала, когда он оголил ее ноги, живот и грудь.
Я знала, что это надо сделать.
Мы нашли четыре укуса. Один под грудью, два на животе и один на лодыжке.
Сказать, что я была шокирована, напугана и зла, значит, ничего не сказать. Ришард сразу же позвонил Маркосу, и меньше чем через минуту в палату вошел Маркос. Я была удивлена, как быстро он появился здесь, но я быстро забыла об этом, когда вампир обнял меня.
— Я сожалею, что из-за меня они напали на твою маму, Лина, — это были первые слова, которые он произнес, появившись.
Я только кивнула, охваченная волнением и злостью.
— Когда мы узнаем, кто за этим стоит, я порву их собственными руками, — прорычал Ришард, сжимая и разжимая кулаки.
— Маркос.
— Да, милая.
— Мой папа… — я не смогла договорить.
— Его будут охранять днем и ночью, обещаю тебе, — Маркос отстранился и взглянул на меня. — Как и твою маму.
— Надо послать самого лучшего, — отозвался Ришард.
— Я пошлю к каждому по трое. Хочу, чтобы твои родители были в безопасности, — Маркос положил ладонь на мою шею и притянул к себе, обняв второй рукой за спину.
— Спасибо.
— Не надо, Лина. В этом полностью моя вина. Это я не предвидел такой ход событий, — вампир поцеловал меня в волосы и крепче прижал к себе.
Позже Маркос сделал пару звонков. И приблизительно через полчаса в больницу прибыли три вампира из клана Маркоса. Маркос уверил меня, что трое других уже находиться возле моего дома. Только тогда я смогла более или менее спокойно вздохнуть.
***
Уже шла вторая неделя, а мама так и не пришла в себя. Врачи только разводили руками, когда я спрашивала, когда она придет в себя. Синяки на ее теле полностью прошли, укусы тоже пропали, а вот шрамы от ножа никуда не делись, каждый раз напоминая, что произошло.
Где-то в конце второй недели на нервной почве, скорее всего, я заболела. Сначала это проявлялось в слабости. Затем поднялась температура. Однако я все равно ездила к ней, скрывая свое плохое самочувствие. Подумаешь слабость. Да и температура не поднималась выше тридцати восьми. На вопрос Маркоса: хорошо ли я себя чувствую, отвечала, что я просто расстроена. Он верил, ну, или, по крайней мере, делал вид, что верил.
На третий день моего плохого самочувствия, когда я даже с кровати с трудом встала, Маркос в приказном тоне сказал мне ложиться и сегодня никуда не ехать. Я начала спорить, что со мной все хорошо и не стоит беспокоиться.
— Лина, ты что меня за дурака держишь? — спросил Маркос, властно подходя ко мне.
— Ты о чем? — я сделала вид, что не понимаю о чем он, пытаясь не обращать внимания на его явное недовольство.
— Думаешь, я не заметил, что тебе уже третьи сутки плохо? Не заметил, как ты пьешь жаропонижающее? Я делал вид, что не замечаю, потому что думал: ты быстро поправишься. Но посмотри: тебе не стало лучше! Я больше не могу делать вид, что не замечаю всего этого. Так что ты никуда не поедешь, — я хотела возразить, но под взглядом Маркоса, в котором было явное предупреждение, я забыла, что хотела сказать.
Когда я не сдвинулась с места, Маркос поднял меня на руки и уложил в кровать, укрыв одеялом.
— Маркос, мне надо к маме, — недовольно пробубнила я, пытаясь встать.
— Ты своим присутствием, к сожалению, ей не поможешь. А вот себе навредишь. Ты должна сначала выздороветь, а потом можешь к ней идти, — строго ответил вампир.
Я хотела продолжить спор, но я не могла не согласиться, что он прав. Я буду бесполезной в больнице в таком состоянии. Мне и правда надо полежать пару дней.
— И еще. Если ты выйдешь из этой комнаты, Лина, — Маркос наклонился надо мной и дотронулся до моей щеки в легком прикосновении.
Строгий голос явно контрастировал с его действиями.
— То я привяжу тебя к кровати и запру комнату. Ключ будет только у меня. Поняла?
