Эти новости, преданные огласке, укрепили авторитет Кивасара. Его приказам подчинялись в интересах высшей безопасности, ибо все понимали, что если Иорджолк или Ойдахм будут потеряны, то под угрозой окажется жизнь всего племени.
Армия горцев насчитывала две тысячи воинов. Восемьсот, под началом Хсилбога, были призваны защищать плато Иорджолк и ведущие к нему перевалы. Двенадцать сотен остались под командованием Кивасара охранять горные проходы Ойдахма, от которых зависело большинство поселений. Кивасар взял под защиту детей, стариков-инвалидов, матерей. Хсилбог же отобрал лишь небольшое число молодых женщин и девушек, чтобы поднимать боевой дух воинов в решающие часы битвы.
Сообщение между двумя армиями осуществлялось через небольшие Боргские ущелья.
Однако численность войска Роб-Сена росла день ото дня. Он получал помощь из дальних районов, с равнин, лежащих за озерами и горами. Несмотря на горечь от похищения дочери, он не потерял силу воли. Он решился начать великую войну и, слегка поразмыслив, планировал захватить молниеносной атакой плато Дап-Ивр – Иорджолк на языке горцев. Для этого прежде всего необходимо было обеспечить безопасность тех, кто под командованием Кивасара защищал проходы Мой-Дханг – Ойдахм, на языке врага. Роб-Сен выдвинул против Кивасара две тысячи человек. Отряд занял первые предгорья, которые обороняли авангарды горцев. Кивасар узнал об этом заранее и выдвинул вперед основную часть своих людей, при этом надежно прикрывая почти неприступные боковые фланги – и двухтысячное войско Роб-Сена было вынуждено остановиться у входа в Мой-Дханг. Их поджидали восемьсот горцев, укрепившихся на крутых склонах над тремя узкими проходами. Между горцами и озерчанами пролегал овраг, где росли редкие каштановые деревья, перемежающийся небольшими пастбищами, – но, окажись там нападавшие, на них мог бы обрушиться страшный град камней.
Наступили сумерки. Затрубили огромные рога, зазвучала странная дикая музыка, словно бросая мрачный вызов, страшащий как приближение тьмы. Роб-Сен, отнюдь не склонный атаковать эти ужасные укрепления, довольствовался тем, что продемонстрировал присутствие своих людей, медленно марширующих по плато, и с наступлением ночи приказал разжечь побольше костров в лагере. Когда он пришел к заключению, что противники уверовали в многочисленность его армии и в необходимость срочно ретироваться от надежно защищенного входа в Мой-Дханг, он торжественно улегся на медвежью шкуру и его перенесли к той части горы, которая вела к плато Дап-Ивр. Во время пути он отдыхал, даже предавался сну, и когда к середине ночи он добрался до аванпостов Хсилбога, то чувствовал себя бодрым и телом, и духом. Там его уже поджидали три тысячи воинов, которые за день до этого заняли несколько позиций. С наступлением сумерек войску был отдан сигнал «отбой», но Роб-Сен отдал приказ немедленно трогаться с места.
Лунный свет очень ярко освещал окрестности. Дозорные на первых постах Хсилбога увидели приближающуюся армию Роб-Сена. Дождавшись, пока враг окажется на расстоянии полета стрелы и копья, не выходя из укрытий, они обрушились на него. Роб-Сен ускорил марш своего авангарда, и горцы отступили. Час спустя пришел черед Хсилбога узнать о приближении большой вражеской армии. У вождя горцев было в распоряжении восемьсот человек. Он колебался: то ли немедленно начинать контратаку, что было возможно при лунном свете, то ли принимать все необходимые меры, чтобы сделать Иорджолк неприступным. Несмотря на огромный для его агрессивной натуры соблазн немедленно начать сражение, продолжив столь победоносно начатую кампанию, он все же вспомнил о поражениях в последней войне и предпочел действовать как осажденный, защищаясь от противника, идущего на штурм. Он разделил армию на две части, оставив в своем распоряжении пять сотен человек, и послал трех не отличавшихся особыми талантами вождей с сотней воинов у каждого охранять самые опасные проходы к трем плато Иорджолка. Затем, сочтя свое войско практически неуязвимым, он стал подумывать о возможности контрнаступления, что казалось ему особенно заманчивым, учитывая его доскональное знание местности.
Прежде всего, желая получить приблизительное представление о количестве своих противников, он послал на разведку лучших лазутчиков. К их чести и благодаря различным аванпостам, которые один за другим отступали перед армией Роб-Сена, примерно к трем часам ночи ему уже стало известно, что войско неприятеля насчитывает от двух до трех тысяч бойцов.
В тот момент они преодолели первые, не слишком сложные препятствия и остановились; их предводитель подготовил окончательный план: он собирался пойти на риск и, если судьбе будет угодно, мощным ударом взять Дап-Ивр. Для этого Роб-Сен счел необходимым атаковать противника на всех позициях и послать основную часть войска туда, где они сумеют одолеть горцев.
Армия Роб-Сена расположилась лагерем на склоне долины, где, подобно трем радиусам дуги окружности, открывались проходы на плато.
