— Оказывается, еще до того, как он уехал, у него был роман. Потом он бросил маму… — Элайджа делает паузу и добавляет: — Он бросил меня, чтобы жить с новой женщиной и двумя ее детьми. Сын не наркоман и маленькая девочка, которая, очевидно, была его. Я думаю, он просто-напросто устал от нашей семьи.
Элайджа замирает. На его глаза наворачиваются слезы, отчего у меня щемит сердце. Он буквально прошел через ад, а ему едва исполнилось восемнадцать.
— Элайджа…
— Я в порядке, Скарлет, — заверяет он. Слезы исчезают так же быстро, как появились.
Я смотрю на него, желая убедиться, что слез больше не будет, а затем наклоняюсь и нежно целую. Я легонько прикасаюсь к губам, после чего двигаюсь дальше и целую каждый шрам на лице и плече. И снова возвращаюсь к губам. С нежной улыбкой Элайджа смахивает волосы, упавшие мне на глаза. Его глаза медленно исследуют мое лицо, задерживаясь на случайных местах. Я чувствую, что краснею.
— Что? У меня что-то на лице? Боже мой, у меня козявка?
Он переводит взгляд на меня и усмехается, быстро качая головой.
— Нет, я просто хотел полюбоваться.
— Полюбоваться?.. Чем?
— Тобой.
Элайджа кладет руку мне на щеку и проводит большим пальцем по коже.
— Ты прекрасна, Скарлет. Я не думаю, что когда-либо говорил тебе это, но я думаю, что ты абсолютно прекрасна.
Прежде чем я успеваю ответить, — хотя он лишил меня дара речи, — Элайджа кладет руку мне на затылок и целует. Этот поцелуй более глубокий, но такой же нежный, как и все предыдущие. Я упираюсь рукой в его грудь, а он тем временем поднимает голову. Я медленно ложусь на подушку. Элайджа нависает надо мной, расположив руки по обе стороны от моего лица, и мы снова целуемся. Он проводит языком по губам, а я провожу руками по мышцам его спины, улыбаясь мурашкам, которые появляются на его коже.
Слава богу, что я решила не надевать ретейнеры.
Но вдруг Элайджа отстраняется. Я замечаю на его лице виноватое выражение.
— Я разговаривал с Алехандро.
— И ты решил рассказать об этом сейчас? — спрашиваю я, глядя на нашу позу. — В разгар поцелуя?
Элайджа сдвигается, садится рядом и проводит руками по лицу.
— Прости, я просто… я хотел тебе сказать. Мы организовали поединок, Скарлет.
— Что ты имеешь в виду?
— Мне удалось уговорить Алехандро убедить банду оставить тебя в покое. Но для этого я должен выиграть поединок. Ты ничего не сделаешь с этой информацией.
Кровь в жилах холодеет.
— Элайджа, а что случится, если ты проиграешь?
Он не отвечает мне.
— Прости, Скарлет. Но я делаю все возможное, чтобы тебя защитить.
— Я хочу, чтобы ты тоже был в безопасности!
— Если я откажусь — они убьют тебя, чтобы избавиться от информации.
— Ты проиграешь — и они убьют тебя!
— Я не проиграю.
Я чувствую, как яма безнадежности зияет в моем желудке.
— Я не могу тебя потерять.
— Я никогда тебя не оставлю.
Синяк под глазом, который он заработал сегодня вечером, никак не портит красоту его черт, и даже несмотря на переживания, яркость в его глазах не померкла. В жизни ему выпало немало испытаний, но он по-прежнему остается удивительным человеком. Я люблю его. И хочу сказать ему об этом. Но все, что вырывается из моего рта:
— Ты мне очень дорог.
— А ты значишь для меня все, Скарлет.
Я молчу, пытаясь понять, как сказать ему о чувствах. Как объяснить ему, что именно он стал источником счастья, когда даже эти три слова не способны выразить всю глубину привязанности? Элайджа, должно быть, воспринимает молчание за раздражение.
— Прости меня, Скарлет. Это я тебя втянул в эту неразбериху. Ты заслуживаешь кого-то лучшего, чем я.
— Нет. Мне никто больше не нужен. Лучшего не существует, потому что ты — самый удивительный парень, которого я встречала. Ты бескорыстный, очень добрый и чертовски сексуальный. Что, к слову, является большим плюсом! Нет, ты не подумай ничего, ведь я и без пресса тебя бы заметила. Но какой девушке не понравится парень с красивым телом? Крепкое тело — это всегда бонус к отношениям, потому что это очень возбуждает и… — Я понимаю, что отклоняюсь от темы, и тут же качаю головой. — Я пытаюсь сказать, что…
— Я люблю тебя.
— Да, именно! — восклицаю я, испытывая облегчение от того, что наконец-то смогла это сказать. — Это все, что я пытаюсь сказать.
Затем я беру паузу.
— Подожди. Ты ответил за меня или сказал за себя…
— Что я люблю тебя? И то и другое я надеюсь.
Я набрасываюсь на Элайджу с поцелуями. Я целую лоб, щеки, нос, глаза (подбитый глаз — с осторожностью) и губы снова и снова. Он смеется и крепче меня прижимает. Вот только никто из нас не может долго целоваться, потому что улыбки никак не хотят сходить с лиц.
Мысль о флешке снова возвращается.
— Не участвуй в поединке, Элайджа. Я найду флешку раньше, чтобы тебе больше не пришлось драться. Просто… не ходи туда.
В ответ он снова меня целует, но я не могу притвориться, что не вижу его взгляда, который ясно намекает, что он пойдет в чертов клуб.
