Он не слышал меня, весь пылал от гнева и бессилия, что не может обойти соперника на трассе, в то время как я вся дрожала, не в силах ничего предпринять, чтобы остановить эту смертоносную игру.
— Я должен выиграть, — прошипел сквозь зубы Ланковский, ошалевшим взглядом прожигая дорогу за лобовым стеклом.
Дыхание у меня перехватило, я стала задыхаться, но чем сильнее пыталась вдохнуть кислород, тем сильнее мною овладевала паника.
— Прекрати! — кинулась на Витю, схватила его за кисти рук, пытаясь угомонить и заставить сбавить скорость. — Ты убьешь нас, идиот!
Мои крики перерастали в истерику, но Ланковский лишь откинул меня одной рукой, словно я мешала ему достигнуть собственной цели. В этот момент машина Дамира неслась справа, с моей стороны, я повернула голову, наши взгляды в какой-то момент встретились — мой потерянный и его циничный. Не знаю, что он увидел в моих глазах, но его автомобиль начал отставать, словно Загорский побоялся неминуемых последствий такого безбашенного поступка.
— Уоу, да, да, да! — начал ликовать Витя, в этот момент мы приближались к повороту, который вел к университету, так что скорость он сбросил, предчувствуя победу.
Вот только радость была преждевременной, машину занесло, когда он слишком резко выкрутил руль, и нас несло лобовухой прямиком к столбу. Боже, неужели это происходит со мной?!
Дальнейшее происходит, словно не со мной, как в тумане. Звук удара, а затем я теряю сознание, уплывая в темноту. Кажется, будто в лицо ударило что-то, запоздало доходит, что сработала подушка безопасности.
Прихожу в себя тяжело, через марево сна и неприятной вязкости. Рядом пикают какие-то приборы, сама я лежу на кушетке. Пытаюсь встать, но кружится голова, а во рту сухо, как в пустыне.
— Кристина! — воскликнул мужской голос.
Перевела взгляд на Витю, который с тревогой и виной во взгляде подорвался ко мне со стула и подошел ближе, беря мои руки в свои ладони.
— Слава богу, ты в порядке, — выдохнул парень, лоб которого пересекала марлевая повязка.
— Вроде да, — растерянно ответила, чувствуя боль в висках.
Двинула немного головой, но замерла, когда перед глазами всё закружилось.
— Я не справился с управлением. Хорошо, что мы избежали лобового столкновения со столбом, иначе царапинами бы не отделались, — ухмыльнулся Ланковский и присел на краешек моей кушетки. Судя по обстановке, находились мы в больнице.
— Не твоими стараниями, идиот, — процедил сквозь зубы Загорский, неожиданно появившийся в дверях.
Витя на эти слова стиснул челюсти, но промолчал, хотя его глаза сверкнули ненавистью. Не будь мне так плохо, отшатнулась бы, но усилием воли не делала резких движений.
— Что со мной? — задала вопрос вслух, но вместе с Дамиром в палату вошел и врач, так что ответ я получила именно от него.
— Да вы в рубашке родились, дорогая, так, отделались царапинами да небольшим сотрясением, — добродушно усмехнулся он, а затем приступил к осмотру.
Парни всё это время молчали, хотя вокруг чувствовалось напряжение, а от них самих ощутимо искрило.
— Когда я могу уйти? — спросила, не желая оставаться здесь дольше необходимого.
— Я бы рекомендовал остаться на сутки для наблюдения, но по вашему лицу вижу, что вы решительно настроены избавиться от моего общества, — пошутил врач, но я уже услышала всё, что хотела, поэтому кивнула для наглядности. — Что ж, тогда подготовлю документы, и можете идти.
Когда мы остались втроем наедине, ощутила себя неловко. Не хотела я видеть сейчас ни Витю, ни Дамира. Последний облокотился бедром о косяк двери, сложил руки на груди и с интересом наблюдал за мной. Вид у меня явно был непрезентабельный, и я неосознанно поправила волосы, заправив выбившуюся прядь за ухо.
— Не оставишь нас наедине? — повернулся к сопернику Ланковский, бычась и указывая кивком головы на выход.
— Чтобы ты еще какой номер отколол? — вздернул бровь Дамир, а мне захотелось рассмеяться. Они оба походили на двух самцов оленей, не поделивших территорию. — И для чего же ты собираешься остаться наедине с Кристиной?
Мне бы удивиться, что я уже не Тина в его устах, но голова так раскалывалась, что логика сегодня мне отказывала. Больше всего я переживала о родителях, знают ли они, что со мной случилось, и как мне всё им объяснить. Ведь о Вите, который появился в моей жизни, они еще не в курсе.
— Не твое дело, Загорский, мы сами разберемся, — процедил Ланковский и дернул плечом. — Думаю, тебя твоя девушка заждалась, с выпиской своей девушки я разберусь сам.
«Своей» он выделил, прямым текстом говоря сопернику, что тот лезет не в свое дело.
— Дина здесь? — вскинула голову, перебивая их перепалку.
— Нет, — ответил Дамир, и я отчего-то облегченно выдохнула. Она была моей лучшей подругой, так что моя реакция даже мне была непонятна, но анализировать я не стала.
Скандал всё набирал обороты, и если Витя экспрессивно махал руками, то вот в Дамире меня поразила выдержка, с которой он отвечал на каждый аргумент парня.
— Я сама разберусь, уходите оба, — просипела и поднялась кое-как, опуская ступни на пол.
