Поджала губы, сглатывая вязкий ком, который натужно прошелся вниз по горлу. В груди пламенем горела обида, но я силой воли сдерживала готовые вырваться слезы. Мне нечего было сказать отцу, и я лишь молча кивнула, соглашаясь насилу с его доводами.
— А теперь иди. И о водителе отныне забудь. Раз такая самостоятельная, доберешься до общаги на автобусе.
Махнул мне рукой, чтобы я проваливала, и ждать моего ухода дольше необходимого им не пришлось. Я пулей вылетела из отцовского кабинета, почти сразу же у лестницы натыкаясь на поднимающуюся наверх Алису. В домашней пижаме, с бокалом в руках, она попивала через трубочку коктейль, и этот диссонанс между мной и ею окончательно добил.
Пробежала мимо на всех парах, выкатывая из дома на чистом гневе.
Опомнилась лишь, оказавшись на трассе.
Глупая. Я ведь никогда не ездила на автобусе и совершенно не знала, как добраться до школы.
Сердце колотилось, и чем дальше я шла, тем сильнее впадала в панику, но развернуться, возвращаясь домой с поджатым хвостом, означало бы признаться в собственной никчемности.
Не знаю, как бы поступила, и что со мной могло случиться, но мне повезло. В этот момент мимо проезжала машина Дьяконовых, которая везла Сергея в общежитие. Внутри немного кольнула тревога, ведь он слишком часто оказывался рядом, но облегчение было более весомой эмоцией.
— Прости, что так вышло, — извинился он жестами, когда я подсела к нему на заднее сиденье.
— Ты не виноват, я сама приняла решение, — отмахнулась от его извинений, беря на себя ответственность за свои действия.
Обида продолжала душить, и я отвернулась к окну. Пусть невежливо к однокласснику, но мое состояние не располагало к беседе.
Наш приезд вдвоем привлек ненужное внимание, и пока я шла ко входу в общагу, ощущала на себе многочисленные взгляды учеников школы.
Может, не обнаружь нас в доме Сергея одна из одноклассниц Глеба и Алисы, никто бы и не узнал о нашем пребывании там вдвоем, но удача не была ко мне благосклонна.
Опустила голову, но продолжала ощущать на себе чужие пронизывающие взгляды. Там были и насмешка, и издевка, и нехорошее любопытство, подкрепленное скабрезными улыбочками.
Неприятно. Позорно. До тошноты.
— Ты встречаешься с Дьяконовым? — первое, что спросила Алиса, бесцеремонно ворвавшись ко мне вечером.
Я успела принять душ и зарядить телефон, а она, видимо, за это время приехала в общагу на машине, выделенной отцом.
— Не отвечай, вся школа с утра гудит. Ты меня, конечно, удивила, но весьма порадовала. Мне даже стыдно, что я перед отцом этот спектакль разыграла. Зазря выходит.
Молча наблюдала за движениями губ сводной сестры и даже злости не испытывала. Мне было настолько плохо, что внутри царило лишь опустошение.
— Это, кстати, правильно, подобное должно тянуться к подобному. Вы с этим Сергеем подходящая пара. Оба ущербные, — дернула губой, а затем прикрыла ладошкой рот. — Прошу прощения, с ограниченными возможностями.
Она всё говорила и говорила, а вот я смотрела на нее и понимала, что Алису мне просто жаль. Все ее мысли крутились вокруг популярности, денег и парней. Никаких стремлений, ценностей и человечности.
Я будто глянула в кривое зеркало, где отражалась прошлая я. Мертвая и похороненная давным-давно. Такая же пустышка, которой я была до аварии.
— Глеб по окончании школы попросит моей руки. Я слышала разговор наших отцов, и что это дело решенное, так что это хорошо, что ты на него не заглядываешься. Представляешь, как папа разозлится, если узнает, что ты вставляешь мне палки в колеса. Хорошо, что теперь вся школа знает, что ты с Дьяконовым встречаешься, не будут болтать, что я увела парня у больной сестры. Плохо, конечно, что теперь все знают, что мы родственницы, но ты мне больше не соперница, так что плевать. Глеб и так с тобой из жалости был, а теперь только с презрением о тебе вспоминает. Для меня это самое главное.
Я верила в договоренность Демидова-старшего и Топоркова, а вот в слова Алисы о чувствах Глеба нет. Не была настолько наивной, но сердце всё равно сильно сжималось от неприятных ощущений.
Алиса ушла, так и не добившись от меня никакой реакции, и я осталась, наконец, одна. Ночь прошла беспокойно, и спала я урывками, всё крутила в голове слова Глеба…
… а утром приняла единственно верное решение.
Кто же знал, что притворяться парочкой — так сложно. Каждый раз хотелось сбросить руку Сергея с плеча и постоянно приходилось себя одергивать.
Глеб пару раз будто порывался подойти ко мне, но натыкался на насмешливый взгляд моего нового парня и отступал, стиснув челюсти.
Поначалу меня одолевал стыд, но потом, когда они с Алисой, наконец, перестали скрывать свои отношения, он прошел так же быстро, как и появился.
Держалась из последних сил.
