… За эти пять лет Сяоди из тинэйджера превратился в молодого мужчину. Не красавец, но что-то в нем есть. Мужская харизма уж точно. Фигура что надо, благодаря многочасовым ежедневным тренировкам. Поджарый, гибкий, сильный. Камышовый кот, она же рысь болотная. Безжалостный неприручаемый хищник. Но научился себя контролировать и делать вид, что он кот домашний.
И манеры заметно улучшились. Укатали, в общем, Сивку, гаремные горки. Когда вокруг столько женщин, поневоле будешь сдерживаться. Поменьше хамить и следить за речью.
С Сан Таном командир Парчовых халатов неразлучен. Каждый день проводят спарринг на мечах. Мой сын не по возрасту рослый и сильный, ему всего одиннадцать, а на вид так все четырнадцать!
Но я даже не думала, что Сяоди так привязан к Пятому принцу! Даже больше, чем к светлейшему! В самом деле, как братья!
Зову командира Парчовых халатов к себе в Куньнингун. Чун Ми, небось, умчалась во Дворец Небесной Чистоты, потому что дома интриганки нет, скоро пропишется там, в кабинете императора! Ведь он ей теперь зять! Но моложе моей бывшей протеже и легко поддается влиянию.
— Мне нужна твоя помощь, Сяоди, — без обиняков заявляю я, глядя в раскосые глаза молодого генерала, светло-карие, почти что желтые. Ну, вылитая рысь! — Император отправил в отставку первых лиц государства, а князя Лин Вана сослал на Стену, в Миюнь. Возможно, придется поднять мятеж. Супруга Ми незаслуженно получила титул вдовствующей императрицы. Надо это исправить. Невозможно стать первой женой императора посмертно. Я том смысле, что титул Императорская супруга был пожалован Чун Ми уже после того, как Сын Неба скончался. И это полный бред. Они там стряпают указы, невзирая на законы природы! А дальше что? Меня с покойным мужем разведут?
— Я никогда не наврежу матери Сан Тана.
— Что⁈ Какой еще матери⁈
— Слухи разные ходят, о вас с князем, но Сан Тан в них не верит. Он сказал, что очень уважает матушку, и попросил меня за ней приглядывать. А вы хотите отправить ее в ссылку. Или вообще убить. Так?
— Но Сяоди! Супруга Ми никогда не любила Сан Тана! Он ей нужен лишь для того, чтобы получить безграничную власть! Чун Мин надо остановить!
— Я не выполняю ваши приказы, госпожа.
— А чьи выполняешь? — спрашиваю зло.
— Принца Сан Тана.
— Тогда сделай это ради него!
— Пусть он мне сам это скажет.
Иду искать Сашку. Он во внутреннем дворе, в объятьях Чун Ми, которую считает своей матерью. Так вот, куда ушла злодейка! Пятому принцу поплакаться! И я понимаю, что опоздала. Чун Ми победно смотрит на меня из-за Сашкиной головы, которой он уткнулся вражине в плечо. Ее императорское высочество гладит принца по спине, говоря при этом:
— Ты же любишь свою матушку, Сан Тан? И не позволишь, чтобы ее посадили в тюрьму. Или выслали из столицы, чтобы запереть в каком-нибудь дальнем монастыре. Ведь мы же с тобой неразлучны?
— Да, матушка, — глухо говорит мой сын, потому что по-прежнему прижат к груди Чун Ми. — Сяоди тебя будет охранять. И всех, кто сделает тебе плохо, покарает его меч! А когда я вырасту, я сам буду карать всех, кто посмеет отнестись к тебе с неуважением!
Мне хочется заорать: остановись! Что ты делаешь, сынок⁈ Ты же для нее всего лишь средство! Она спокойно говорила о том, что тебя убьют, пока на горизонте не замаячила безграничная власть! Ты этой женщине безразличен, Сашка! Это всего лишь спектакль!
Но как я скажу сыну правду? Разумеется, когда-нибудь скажу, но он еще ребенок! Его учат уважать старших и больше всего на свете почитать свою матушку! Ту женщину, которая дала ему жизнь! А ею считается Чун Мин!
И если я сейчас разделаюсь с лицемеркой, сын меня возненавидит!
— Здесь твоя бабушка, Сан Тан, — говорит меж тем злодейка с нахальной улыбочкой. — Поздоровайся с ней.
Сын отвешивает мне почтительный поклон:
— Приветствую старшую маму.
Это я попросила называть меня так. Для всех принцев и принцессы, живущих в Куньнингуне, я — старшая мама. Никаких бабушек! Впоследствии мы вообще обойдемся без слова старшая. Просто мама.
— Иди, Сан Тан, тебя, должно быть, ждут учителя. Пора заниматься.
— Да, старшая мама.
Сын уходит, и мы с Чун Ми остается лицом к лицу. Вдвоем. Нам предстоит выяснить отношения.
— Ловко ты все это провернулся, — усмехаюсь я. — Даже моего сына переманила на свою сторону.
— Это мой сын, разве вы забыли?
— А почему ты больше не говоришь госпожа?
— Потому что госпожа теперь я! По титулам мы с вами сравнялись. Теперь и вы, и я — ваши императорские высочества. Но первым стоит тот, в чьих руках власть. Вы сами меня так учили. А у вас больше никого не осталось. Император вас терпеть не может, вы всегда относились к нему с презрением. И называли дураком.
— Когда и где?
— Да все это знают. Как вы его высмеиваете. Он вас не примет, если попытаетесь подлизаться. Теперь главный евнух Фуй Шуй. А у него приказ: никого к императору не допускать без дозволения императрицы.
С трудом припоминаю: а кто это, Фуй Шуй? Он не из моих людей, из окружения Чун Ми, которое всегда мне представлялось сборищем имбецилов. Прилипал, наушников и мздоимцев. Один из которых теперь главный евнух!
