– Это же бред сивой кобылы. Все, я меняю тему. Кто-либо из вас хотел когда-нибудь стать не тем, кем он стал сейчас?
– Ты имеешь в виду – в детстве? – спросила Аманда.
– В любое время в прошлом, – ответила Кейт.
– Ну, когда я была маленькой, мне хотелось стать Золушкой, но теперь, когда я уже большая, – сказала Грейси, – я хочу быть школьной учительницей, как моя мама.
И если бы ей понадобились деньги, квартира или что-то еще, чтобы осуществить мечту, ей-богу, Кейт позаботилась бы об этом.
Хэтти похлопала Грейси по плечу.
– Из тебя получится замечательная учительница. У тебя такой порядок на парте в библейском классе, и ты всегда возвращаешь все книжки на место. А я хотела служить в военно-воздушных силах и летать на реактивном истребителе. Но в мое время женщинам это было запрещено. Так что я полвека держала минимаркет в Бутлеге, пока не заболел мой муж, и тогда нам пришлось продать бизнес.
Кейт могла себе представить дерзкую Хэтти в кресле пилота реактивного истребителя. Очень жаль, что Хэтти родилась на несколько поколений раньше и не добилась того, чего хотела.
– А ты, Виктор? – спросила Кейт.
– Мой отец был президентом банка, и меня готовили, чтобы я пошел по его стопам. Но однажды – мне тогда было лет десять – в город на фестиваль приехал бродячий цирк, и у меня возникла дикая идея сбежать с ними и работать в их труппе. Эти девушки в милых коротеньких юбочках были слишком соблазнительны для десятилетнего ребенка. – Он покраснел.
Кейт представила себе, как мальчишка завистливо поглядывает на полураздетых циркачек в блестках, мечтая статью частью этого балагана.
– И кем же ты себя видел в этой труппе? – спросила она.
– В то время – канатоходцем. – Он ухмыльнулся.
– Господи помилуй! – ахнула Хэтти. – Когда тебе было десять, ты был похож на длинноногого новорожденного жеребенка.
– Но это действительно выглядело захватывающе, – сказал Виктор.
Не этот ли восторг, пропитывающий атмосферу Бутлега, так прочно завладел сердцем и душой Кейт? Если так, то это должно было пройти и остаться лишь приятным воспоминанием, когда через несколько недель она вернется домой, – как это произошло с сумасшедшей идеей Виктора сбежать с бродячим цирком. Кейт, женщина нефтяных полей, с рождения двигалась к вершинам этого бизнеса. Могла ли она изменить семейной традиции?
Джейми вытащила из воды рыбку размером с окунька Виктора.
– Я хотела стать учительницей с самого детства.
Кейт с легкостью поверила. Джейми была из тех, кто следует прямо по курсу, не оглядываясь по сторонам. Хорошо, что она не узнала правду о Конраде до его гибели, иначе это узконаправленное мышление могло бы отправить ее за решетку до конца жизни.
– После школы где я только не работала. – Аманда смотала леску и положила удочку на помост. – В ночном супермаркете, в автосервисе, на складе пиломатериалов, в розничной торговле одеждой, в банке, а вот теперь держу маленький магазин дисконтной одежды. Но в детстве я хотела быть только мамой. Кажется, я наконец-то исполню свою мечту. А ты что скажешь, Кейт?
Кейт не сводила глаз с поплавка, покачивающегося на мягких волнах:
– Я как Виктор. Меня воспитывали на смену моей матери в семейном бизнесе, и полагаю, теперь уже слишком поздно думать о чем-то еще.
– Никогда не поздно изменить свою жизнь, – сказала Хэтти. – Когда мы продали магазин, я думала, что ни за что не смогу целыми днями сидеть дома, но привыкла, и это лучшая работа в моей жизни. Я посвящаю больше времени делам церкви, занимаюсь фестивалем, могу ходить на рыбалку, когда захочу. Так что не думай, будто ничего нельзя изменить.
– Значит, если я захочу сбежать с бродячим цирком через пару недель, меня никто не пристрелит? – поддразнила Кейт.
– Я бы не стал стрелять в тебя, но предпочел бы, чтобы ты осталась здесь, в Бутлеге, – сказал Виктор.
– Моя мать свалилась бы замертво, посмей я хотя бы заикнуться об этом, – тихо произнесла Кейт.
– Не-а, – усмехнулся Виктор. – Возможно, она долго разорялась бы по этому поводу, но, приехав сюда навестить тебя, все бы поняла. И, может, даже попробовала бы здешнюю воду и захотела присоединиться к нам.
– Ну, я думаю, что вода ужасная на вкус, но мне здесь нравится, – сказала Грейси. – Вчера вечером я разговаривала с Обнимашкой, и он сказал, что не будет возражать, если мы останемся здесь навсегда.
– А кто такой Обнимашка? – спросил Виктор.
– Это мой плюшевый мишка, и я ему все рассказываю, – ответила Грейси.
– Ну, тогда я думаю, что это очень важная персона, – заметила Хэтти.
– О, да. Почти такая же важная, как моя мама. – Грейси запела: – Ну же, маленькие рыбки, съешьте червячка с моего крючка. – Прежде чем она успела пропеть эту строчку в четвертый раз, ее поплавок утянуло под воду. – Мама, иди, помоги мне! – взвизгнула она.
– Я не могу, – крикнула Джейми. – У меня тоже клюет.
