Я низко поклонился, обошел образовавшуюся на полу лужу крови и покинул комнату. Вышел из дома и, пройдя через рынок, взял в руки божественную шкатулку.
— Ответь, сколько раз мне предстоит увидеть, как раскалывается целый континент, прежде чем я безоговорочно поверю в тебя? — прошептал я, обращаясь к подарку Олассара.
Через секунду один из ящичков открылся, представив моему взгляду записку-ответ. Остановившись возле лавки, в которой продавались всевозможные лампы и светильники, я прочитал написанное. Ответ гласил:
Пока я шагал по крышам складских помещений, направляясь к тому месту, где оставил Абрину, рассветный эльф уже начал карабкаться вверх по небосклону. В его слабом бледно-розовом свете я увидел красавицу-великаншу — она в глубоком раздумье смотрела куда-то на восток. Мне показалось, что пространство возле нее завалено каким-то хламом. Подойдя ближе, я с ужасом обнаружил, что это не что иное, как куски изуродованных человеческих тел. Я случайно наступил на обрубок руки, и страх за безопасность моей спутницы звериной лапой схватил меня за горло.
— Прошу прощения, — извинился я перед ее владельцем или, может быть, владелицей.
Следы ужасной сечи были повсюду — полуобнаженные торсы, конечности, кисти рук.
— Абрина! — позвал я. Когда великанша повернулась ко мне, я понял, что мысли ее витают далеко отсюда. Я взял ее за руку и снова позвал:
— Абрина!
Она обернулась и, увидев меня, улыбнулась:
— Корвас! Это ты! А я все думала, горевала, не напали ли на тебя какие-нибудь портовые головорезы.
— Нет, ничего подобного не произошло. Я сумел договориться с людьми, они возьмут нас на корабль. Он через несколько часов отплывает, причем держит курс прямо на Амриту. — Я указал на останки человеческих тел. — Что тут произошло?
— Ты спрашиваешь про эти тела?
— Конечно! Именно это я и имею в виду.
— Это — результат непонимания.
— Абрина, объясни толком! О каком непонимании ты говоришь?
— Они решили, что я — беззащитная женщина, которая не может за себя постоять. — Абрина зажмурила глаза и медленно покачала головой. — Господи, сколько же тут мертвецов! В жизни столько не видела!
Я указал на чей-то рассеченный пополам торс.
— Это ты сделала?
— А какая разница?
— Видно, что кто-то поработал здесь явно не без удовольствия. Если же это сделала ты, то это несколько меняет дело.
— Что ты этим хочешь сказать? Ты теперь будешь по-другому воспринимать меня?
— По меньшей мере. — Я снова посмотрел на жуткие окровавленные останки несчастных, что осмелились связаться с Абриной. — Сколько их всего тут было?
Абрина медленно покачала головой.
— Не помню. Я попробовала пересчитать тела, но насчитала больше положенного пар рук и ног. — Она снова устремила взгляд на восток. — Урл увидел, как они налетели на меня, и сразу же бросился меня защищать. Он ведь всего лишь дикий зверь и ничего не ел с тех самых пор, как мы покинули горы.
— А где он сейчас?
— Он схватил какого-то еще живого типа и куда-то улетел с ним. Наверное, решил малость перекусить и поспать после обеда.
Перед моим мысленным взором промелькнули малоприятные, отталкивающие картины, но я тут же усилием воли выбросил их из головы. Будь у меня достаточно времени, чтобы впасть в панику, я бы в нее, конечно, впал. Но поскольку времени не было, то все обошлось благополучно.
— Абрина, корабль отплывает уже совсем скоро.
Великанша выпрямилась и положила на плечо свой огромный топор.
— Где этот корабль?
Я указал на север.
— У Угловой пристани пришвартован корабль. Он называется «Шелковый призрак».
Не произнеся больше ни единого слова, великанша зашагала к Угловой пристани. Я посмотрел на небо, надеясь увидеть крылатого льва, затем на крышу. Насчитал одиннадцать тел и увидел, что неподалеку валяются несколько ножей, один из них крепко сжимали пальцы чьей-то отрубленной кисти. Несмотря на ужас произошедшего, я почувствовал, как мои губы невольно растянулись в улыбке. Все-таки не так уж и плохо, что здешний преступный мир лишился по меньшей мере одиннадцати головорезов, среди которых могли оказаться и те негодяи, которые в этих местах когда-то пырнули меня ножом. Я поискал было глазами чей-нибудь беспризорный кошелек, который мог валяться где-нибудь поблизости, но ничего не обнаружил. Почувствовав, что сильно замерз, я поспешил оставить место грозной битвы и быстро зашагал вслед за стремительно удаляющейся Абриной.
Вскоре моему взгляду открылась Угловая пристань — она протянулась между морем и устьем реки. Здесь оказались три слипа — сооружения для подъема судов на берег. У края последнего из них покачивался на волнах большой белый четырехмачтовый корабль с надписью «Шелковый призрак» на борту. Корабельная команда готовилась к отплытию.
