– Что ж, если посчитать ваши слова правдой, миледи, – медленно проговорил адвокат, – у меня для вас не самые приятные новости. Кто-то основательно поработал с вашей памятью, затирая нежелательные воспоминания. Наиболее вероятное предположение – сильное многократное ментальное воздействие. Будь вы обычным человеком, это привело бы в лучшем случае к слабоумию или неизлечимому душевному расстройству, как случилось с каторжником, которого вы называете лже-Бренци. Но вы живы и, кажется, вполне в своем уме. Если верить отделу магического контроля, такое случается лишь в двух случаях: если жертва воздействия сама является менталистом, либо… – Он пристально посмотрел на меня. – Если жертва соглашается на воздействие добровольно. Так кто же вы, бессознательная марионетка или сообщница убийцы?
Нервно сглотнув, я крепко сцепила в замок дрожащие пальцы. Я была уверена, что не хотела никому причинять вреда и не хотела становиться ничьей послушной куклой. Я не была…
Я хотела сказать, что не была убийцей, но в ту же секунду поняла, что это неправда. Ментальная магия – моя магия – привела к гибели Руджеро Бренци. И те воспоминания, воспоминания о мужчине, которого я когда-то называла своим господином, а после лишила жизни, повинуясь чужому приказу, почти против воли всплыли в сознании. Невольное убийство, навязанные чувства, приведшие Лайнуса и Эдвина к гибели… Как я могла быть уверена, что мои потерянные воспоминания не скрывают иных убийств – добровольных, легких и беспощадных? Кем была та незнакомая мне Фаринта Ллойд?
Кожу под ладонью Майло будто огнем опалило. Нестерпимо захотелось сбросить его руку, поднять воротник, запахнуться в тяжелый плащ, скрыть лицо плотной вуалью… Одна мысль о том, сколько бед я могла вольно или невольно причинить супругу, столь необдуманно прикасавшемуся ко мне, заставила все внутри сжаться от липкого страха. Даже раньше, когда я едва знала лорда Кастанелло, считая его равнодушным тюремщиком и жестоким убийцей собственных жен, я не желала его смерти. А уж сейчас, когда…
– Правда в том, – негромко проговорил лорд Сантанильо, прерывая отчаянный бег моих мыслей. – Что вы можете оказаться кем угодно. И даже не знать об этом, пока тот, кто управляет вами, не сочтет нужным вступить в игру. Сейчас вы чисты, но неизвестно, как долго продлится эта мнимая безопасность. Вот поэтому, Кастанелло. – Он перевел взгляд на Майло. – Я и лезу в твою постель. Твоя милейшая рыженькая жена – бомба с подожженным фитилем, и неизвестно, когда именно этот фитиль прогорит до конца. И кто в тот момент окажется в зоне поражения.
Иллюзорный взрыв прогремел в моем воображении, заставив меня вздрогнуть. Лорд Кастанелло почувствовал это, и пальцы супруга скользнули по моей руке в мимолетной ласке. Вот только сейчас тело отозвалось не теплой волной благодарности, как было совсем недавно, а всплеском леденящего ужаса.
Майло коротко вздохнул.
– Нужно как можно скорее отыскать этого менталиста. И у нас уже есть зацепки. Перстень с красным кристаллом…
Лорд Сантанильо невесело усмехнулся, оборвав слова супруга:
– Уверен, ты не хуже меня понимаешь, что это не улика, а…
– Корвус!
Адвокат фыркнул.
– В общем, никакая это не улика. Побрякушки с накопителями сейчас носит каждый третий. – Он постучал пальцами по голове ворона, венчавшей его трость, и глаза птицы полыхнули ярко-синим магическим светом. – Лорды, законники, даже зельевары пристрастились пополнять резерв с помощью внешних кристаллов. А алые накопители рода Себастьяни до недавнего времени были самыми распространенными в Аллегранце. Так что, этим человеком может оказаться кто угодно.
– Перстень, гостиная с кристаллической подвесной люстрой, заброшенный особняк далеко от города, – упрямо повторил Майло. – Кроме того, менталист как-то связан с Руджеро Бренци. Вот что действительно имеет значение, Корвус. Именно это.
Ответ адвоката прервал настойчивый стук в дверь.
– Милорд, миледи, к вам посетитель, – чинно доложила Мелия. – Господин Рикардо Маркони, дознаватель отдела магического контроля Аллегранцы, спрашивает леди Фаринту. Он утверждает, что дело не терпит отлагательств.
Горничная отступила в сторону, пропуская господина дознавателя, но неожиданный гость не стал заходить внутрь, оставшись стоять на пороге гостиной. В серо-стальном твидовом пиджаке, расстегнутом плаще и невысокой шляпе я едва узнала его – настолько непривычно выглядел господин Рикардо Маркони без черной униформы сотрудника отдела магического контроля. Положенные законникам артефакты тем не менее находились при нем. Я разглядела в нагрудном кармане кристаллические линзы очков, а пальцы господина дознавателя, в подтверждение слов лорда Сантанильо, действительно оказались унизаны кольцами, и половина из них светилась красными кристаллами рода Себастьяни.
Законник окинул нас троих тяжелым сумрачным взглядом. Лицо его застыло в привычной брезгливой гримасе, но за плотно сжатыми губами и нахмуренными бровями чувствовалась смутная тревога.
Даррен…
