– Я уверена, что мальчик знает, кто именно повлиял на него. Если ему станет лучше, если он сможет вспомнить, узнать…
– То этот человек, кем бы он ни был, будет найден. И оттого он жаждет любой ценой избежать огласки.
Я кивнула.
– Лорду Кастанелло удавалось скрывать, что Даррен все эти годы был жив. Но теперь, после обыска, о мальчике стало известно слишком многим. И потому каждую минуту, которую он находится так далеко от отца, Даррен в опасности. Кто угодно может оказаться пособником менталиста или находиться под его влиянием. Законники, лекари, другие пациенты… любой человек.
– Но не я? – отчего-то уточнил господин дознаватель.
В этом вопросе я могла полагаться лишь на собственную интуицию.
– Я разбираюсь в людях не так хорошо, как вы, а ментальную магию понимаю и того хуже. Но мне кажется… мне кажется, вы готовы подчиняться лишь одному – закону. А этот менталист, кем бы он ни был, воплощает собой полнейшее… беззаконие.
К моему удивлению, губы господина Рикардо дрогнули в улыбке, отчего его обычно кислое лицо на мгновение смягчилось.
– Сочту это за комплимент.
С дивана насмешливо фыркнул лорд Сантанильо.
– Честность за честность, Фаринта. – Голос господина дознавателя вновь стал серьезным и мрачным. – Вчера ночью на вашего пасынка было совершено покушение. Женщина в униформе законницы, очевидно поддельной или украденной, проникла туда, где под охраной содержался мой подопечный. Приборы засекли на ней отчетливый ментальный след. У нападавшей имелось оружие, однозарядный энергетический револьвер, но она не попыталась пустить его в ход, когда я преградил ей дорогу. Очевидно, заряд предназначался не мне.
Я отшатнулась, прижав руки ко рту, чтобы сдержать крик. Все мое существо рвалось куда-то – бежать, искать, защитить… Сделать хоть что-нибудь – что угодно! – лишь бы не ждать в неизвестности, мучаясь от чувства собственной беспомощности. Но что я могла, если все вокруг, даже господин дознаватель, не торопились выдавать место, где держали Даррена?
– Он в порядке? Что произошло? Кого вы оставили с ним? Вы можете доверять этим людям?
– Успокойтесь, Фаринта, – произнес законник таким тоном, что меня тут же перестало трясти. Я замерла, обхватив плечи руками. – Мальчик не пострадал. Мы перевезли его в безопасное место. С ним мои подчиненные, проверенные люди, обученные противостоять ментальным угрозам. Когда мы закончим беседу, я сам вернусь туда и продолжу наблюдение.
– Кто эта женщина? – подал голос адвокат.
– Я не уполномочен раскрывать эту информацию.
– То есть вам известна ее личность.
– Повторяю, – на лице законника не дрогнул ни один мускул – ничего, что могло бы дать ответ на вопрос лорда Сантанильо. – Я прибыл сюда с неофициальным визитом к леди Кастанелло. Любая информация, касающаяся этого дела, разглашению не подлежит.
– В таком случае, – адвокат лениво потянулся, – напомню и вам. Леди Кастанелло и лорд Даррен являются моими клиентами. Очевидно, если делу о покушении дадут официальный ход, вы намерены использовать миледи в качестве свидетельницы. Тогда я имею полное право ознакомиться с материалами следствия, чтобы наилучшим образом представлять интересы леди Кастанелло в суде. Кроме того, законом предусмотрена возможность адвокатского допроса обвиняемой.
– Допроса не будет, – устало откликнулся законник, и по его голосу я поняла, что уже знаю причину. – Нападавшая мертва. Кровоизлияние в мозг.
Камни в перстнях господина дознавателя вспыхнули алым. Он раскрыл ладонь, и в воздухе возникло начертанное тонкими линиями изображение молодой светловолосой женщины в униформе законницы. Лицо ее, выведенное лишь общими штрихами, отчего-то показалось смутно знакомым, но вспомнить, где я могла видеть ее раньше, не удалось. Женщина лежала, неестественно вывернув шею. Не оставалось никаких сомнений, что она умерла.
Взмахом руки лорд Сантанильо скопировал реплику и тут же погасил энергетические линии.
– Как адвокат лорда Даррена Кастанелло настаиваю, чтобы все дальнейшие встречи с ним происходили только в моем присутствии. Очевидно, закон не способен обеспечить безопасность моего клиента.
– Сожалею, но это невозможно. Приказ лорда Ранье. До тех пор, пока не установлено родство между лордом Майло Кастанелло и его предполагаемым сыном, мальчик находится под опекой Короны.
– Вы что, держите его в одном из сиротских приютов? – нехорошо сощурился лорд Сантанильо, пристально глядя в глаза господину дознавателю.
Законник не отвел взгляда.
– Напоминаю вам, милорд, я нахожусь здесь не как официальное лицо. И я не имею права разглашать закрытую информацию. Все, что мне нужно было от леди Кастанелло, я уже выяснил. А теперь попрошу меня не задерживать.
