Вряд ли они полезут через высокий частокол. Скорее всего, попытаются обойти с флангов, прикрываясь брёвнами от пуль. Именно эти места мы и взяли под контроль, а Михаил и женщина следили за прямой улицей, где остались лежать двое неприятелей. Один из них, к слову, всё ещё был жив, но добивать его я брату запретил. Пусть поваляется в качестве живца. Я о такой тактике наслышан, да и в кино её часто используют. Не факт, что сработает, но попытаться стоит, тем более что подранок не представляет для нас опасности.
Время шло, но никто так и не появлялся. Мир вокруг погрузился в тишину. Солнце уже коснулось горизонта, окрашивая всё вокруг яркими красками. До его окончательного захода оставалось каких-то десять минут, а может, и того меньше. И мне очень не хотелось привлекать к этому место выродков, оповещая их о своём присутствии грохотом очередей.
Но я оказался слишком высокого мнения о людях, что без зазрения совести убивали стариков и несогласных. Когда со стороны центра донёсся рёв двигателя, я уже всё понял. А вскоре, поднимая пыль, с одного из дворов выскочил УАЗик и помчался в направлении трассы. Колян припал к прицелу, намереваясь их остановить, но я сбил его ствол в сторону.
— Ты чё? — уставился на меня он. — Я бы попал!
— А оно нам надо? — усмехнулся я. — Лучше побереги патроны. Нас ожидает весёлая ночка.
— Нужно кровь бензином полить, — оживился Михаил. — А трупы в свинарник занести, там вонища такая, что всё скроет. Они всегда так делали, если казнили кого-то под вечер. А утром мы их в лесочке закопаем.
— Хорошо, займись, — кивнул я. — И всех остальных собери.
— Сделаем, — с довольной рожей ответил он. — Так вы не сказали: кто вы такие?
— Неважно, — гордо ответил Колян.
— Понимаю, — с хитрым прищуром кивнул мужик. — Ну теперь, выходит, вы наши защитники?
— Посмотрим, — поморщился я и наконец проглотил остаток чёрного сердца, который всё это время держал за щекой.
— А с этим что делать? — спросил Колян, нависая с оружием над подранком.
Да, ранение в брюхо — пожалуй, самое болезненное. Думаю, даже разжёвывать не нужно, почему. У каждого из нас хоть раз в жизни болел живот. А когда внутри поработала пуля, порвав кишки, выпуская из них дерьмо и желчь…
Но самое поганое в этом другое: там нет жизненно важных органов, от повреждения которых человек умирает сразу. С порванными кишками можно легко подыхать в течение суток, а то и больше. Брр-р — врагу не пожелаешь.
— Не зна… — Договорить я не успел. Хлопнул выстрел. Вертухай дёрнулся, будто его пчела укусила, и обмяк. — Да твою мать! — закричал я. — Какого хрена ты делаешь⁈
— Да что тебе опять не так⁈ — возмутился брат. — Только не говори, что ты собирался угостить его сердцем!
— Нет, но…
— Тогда что⁈ — Он развёл руками.
— Ничего, — поморщился я. — Не слишком ли просто ты начал людей убивать?
— А он не человек. — Колян сплюнул на труп. — Мразь и гнида.
— Ну да, — буркнул я. — Мы-то с тобой — пример для подражания.
— Что? — переспросил он. — Ты там заклинание, что ли, читаешь?
— Всё, клюв захлопни, — огрызнулся я. — Всех касается: тишину словили!
Солнце окончательно скрылось за горизонтом, а мы всё ещё занимались утилизацией тел. Дело это непростое даже несмотря на то, что народу хватало. Трупы грузили в садовую тачку и перекатывали в свиной загон. Ароматы там и в самом деле стояли такие, что без проблем перебивали запах крови. Для верности Михаил ещё старое дерьмо разворошил. Так что за этот момент можно было не волноваться. Кровавые пятна залили бензином, и теперь по деревне витал его едкий запах. Честно говоря, по этому поводу я испытывал сильные сомнения. Просто потому, что в посёлке не должно так вонять. Успокаивало лишь то, что до жилых мест, да и до трассы, достаточно далеко. Ну а от какого-нибудь залётного выродка данный способ маскировки вполне может сработать.
Всех людей собрали в одном доме, где я, смущаясь под их любопытными взглядами, принялся раздавать указания.
— Так, народ… — начал я и задумался. Всё-таки выступления перед массами — совсем не мой конёк. — В общем, как вы уже поняли, мы остались сами по себе. Место у нас хорошее… Стоп, а где ещё трое?
— Ванька с женой свалили огородами, как только замес начался, — ответил Михаил. — А Женька с военными сбежал. Что, впрочем, неудивительно.
— Почему? — не совсем понял посыл я.
— Да потому что он у них язык в жопе держал. Всё им докладывал. Его даже кормили отдельно. Точнее, они его за свой стол сажали.
— М-да, — усмехнулся я. — Ну точно, прям вертухайские замашки.
— В смысле? — Теперь уже Михаил не понял ход моих мыслей.
— В прямом, — пустился я в объяснения. — Никакие это не военные. Нет, к силовикам они, конечно, отношение имели, но совсем не к тем, за кого себя выдавали. Я думаю, они зону охраняли.
— Похоже на то, — согласился бригадир. — Повадки у них и в самом деле…
— Ладно, не в этом суть, — отмахнулся я. — Их больше нет, и теперь мы сами по себе. А значит, и охрану периметра нести нам. Сегодня ночуем на свой страх и риск…
