…Накануне очередного отъезда в зону спецоперации глава администрации города Долгопрудного Московской области В.Ю. Юдин пригласил меня на встречу с волонтёрами, собирающими гуманитарку для пострадавших от боевых действий районов бывшей Украины. Не самый большой муниципалитет Подмосковья и его жители собрали около 62 тонн гуманитарной помощи, что составило почти четверть от общего сбора по региону. Рассказал молодым ребятам, собирающим помощь, что конкретно нужно людям в городах и сёлах, по которым прокатилась война, беженцам.
Чем-чем, а своим неравнодушием русский народ славился всегда, помогая всем и обогревая всех, кого затронула беда. Ну а сегодня – пришло время помогать своим и лозунг: «Русский – помоги русскому» перестал быть «призывом к экстремизму», как нас последние десятилетия учили либералы изо всех ветвей власти, оказавшиеся в решающий момент элементарными национал-предателями.
И долгопрудненцы пример воистину русского неравнодушия. Помимо централизованной гуманитарной помощи, которая идёт по линии МЧС России, сотрудники администрации и частные предприниматели Долгопрудного передали через нас ещё и адресный груз жителям многострадального посёлка Зайцево (ДНР), разрезанного линией фронта напополам.
Из Москвы выехали на двух машинах, команда собралась интернациональная. Уроженка Сирии, сотрудница арабского отдела RT Жоржина Дейр-Атани, и мы – два русских поэта, два Алексея, два секретаря Союза писателей России: Алексей Полубота и ваш покорный слуга. И если с нами всё понятно – мы с Донбассом и на Донбассе с самого начала необъявленной войны, ведущейся Украиной против русского народа с 2014 года, то история Жоржины более интересна.
Родившаяся в христианской семье Дамаска, в прекрасной Сирии – она с раннего детства видела израильские ракеты, пролетавшие над головами играющих детей. Потом к внешней агрессии добавилась «чёрная революция» внутри, выпестованный «дорогими западными партнёрами» ИГИЛ (организация запрещена в РФ).
Жоржина, русская по матери, уехала в Россию. Привыкшая к войне, но так и не привыкшая к страданию людей – она и в мирной Москве нашла применение своему неравнодушию: лично ездила кормить бездомных на Белорусском вокзале, в последнее время у неё в «окормлении» было около 150 человек. Когда увидела репортажи из Мариуполя, поняла – это тоже её личная беда. Наши общие знакомые дали ей мой телефон, и вот мы едем.
Выехали на Благовещение. Сутки, которые добираемся до границы, проходят в разговорах о русском народе, о Христе – это то, что у нас общее. Впрочем, «игил» у нас тоже общий: террористов под чёрными и жовто-блакитными знамёнами мир уже узнал, гадаем – в какие цвета ещё коллективный Антихрист, то есть современный Запад, может выкрасить своё кровавое детище. Это сравнение не ради красного словца. Рассказываю Жоржине, как украинские террористы обстреливали Горловку на Пасху, как это происходит почти на каждый церковный праздник, она грустно улыбается: «Знакомый почерк»; развязавшие войну нелюди на её родине поступали точно так же.
Кому-то может показаться натянутым определение «коллективный Антихрист», но, взглянув на одну лишь кровавую географию преступлений Запада и его разноцветных янычаров за последние десятилетия, оно становится очевидным: православные Молдавия и Приднестровье, православные Сербия и Грузия, Сирия, наконец Украина. И везде – в конечном итоге в прицеле оказывается Россия как центр мирового Православия и сопротивления коллективному Антихристу.
На КПП «Успенка» прощаемся: Жоржина со своим грузом продолжает движение по территории РФ в Керчь, чтобы передать собранное нашим военным, мы с Алексеем уходим «за ленточку», в непокорённый Донбасс.
На границе – знакомая смена, ребята узнают в лицо, но – война, поэтому проверка документов, а на таможне – досмотр машины, всё это, как всегда, долго; дальше, наоборот, всё предельно быстро – ночуем в Харцызске, и в шесть утра – в столице воюющей республики, городе-герое Донецке.
Город роз встречает канонадой, и если раньше гремели окраины Донецка, то сегодня уверенно гудит центр. Около Дома правительства видим в небе белое облачко разрыва, затем приходит звук. Работает ПВО, судя по всему (сверху ничего не сыплется), отработали по украинскому беспилоту.
Идём к Пушкину, затем на Университетскую – улица, знаменитая своим филфаком, где работали великие русские филологи, в том числе недавно ушедший Владимир Фёдоров, теперь во всём мире ассоциируется с одним из самых кровавых злодеяний украинского нацизма: ударом тактической ракетой «Точка-У» по центру мирного города, по скоплению мирных жителей Донецка.
Посечённые поражающими элементами стены, пробитые окна и металлические двери, несмываемые пятна крови на тротуаре и цветы, цветы…
