Лицо у неё было тoньше и меньше, чем у сестры. Огромные глаза под золотыми крыльями бровей – редкого зеленого цвета. Ровный небольшой нос, припухлый рот, пунцовеющий на белом лице. Крохотная ямка на подбородке…
– Не знаю, слышала ли ты, дротнинг Сванхильд, - широко улыбаясь, бросил шведский конунг, - что постель для молодых у нас стелет только девица из рода невесты? Так положено. Правда, та, что готовит кровать, берет за это выкуп с жениха… но ярл Свальд вряд ли расстроится из-за такой мелочи. Мы считаем, что если молодые лягут в постель, которую готовила девственница, не знавшая мужчины,тo ничья злоба или дурной глаз их потом не коснутся. И проживут они долго и счастливо. невеста, вставшая с этой постели женой, всегда будет верна мужу! Она не навлечет позор на голову отца…
– Этого я не слышала , - подавив вздох, ровно ответила Забава. – Зато знаю, что ярл Свальд собирался жениться только будущей осенью. Когда соберет наконец весь выкуп за невесту.
Она и сама не знала , как у неё это получилось, как вышло – но проговорила свои слова с той же бесстрастностью, что звучала частенько в речах Харальда. Да и прочих нартвегов.
– Я решил не ждать осени, – все так же широко улыбаясь, сообщил Гунир. – Конец зимы – тоже хорошее время для свадьбы!
Хоть что-то, да проясняется, решила Забава. Выходит, первую дочку Гунир привез для того, что бы отдать её в жены Свальду прямо сейчас. А вторую дочь прихватил из-за oбычая. Тут уж ничего не поделаешь. У каждого обычаи свои…
А Неждану все-таки жаль, с мягкой печалью подумала она следом. За зиму девка расцвела – словно подменили её за три месяца. Спокойное, сытое житье сказалось, измученной рабыни больше не было. В те редкие разы, что Забава сталкивалась с Нежданой нос к носу, глаза у девки сияли. Переливались шальной, счастливой дымкой.
Да и кожа не казалась уже сухой и посеревшей, как прежде. Синие круги под глазами пропали, на щеках появился румянец. Губы горели маковым цветом – зацелованные, всякому понятно…
– Во времена больших битв жизнь ярлов бывает коротка, - объявил Гунир. - Осoбенно если они не сидят круглый год у очага, грея задницу. Через ярла Свальда я породнюсь с конунгом Харальдом Ёрмунгардсоном. Это будет почетное родство для меня! Но в таких делах лучше не затягивать – oсобенно если жениха ждут битвы. Кто знает, какую судьбу норны спряли ему, да и всем нам? Молодые должны радоваться молодости, пока живы! Ну а выкуп ярл Огерсон привезет мне потом, когда соберет. Думаю, его обрадует то, что моя дочь станет его женой так скоро. И ему не придется ждать до oсени, считая месяцы и дни. Когда он гостил в моем доме, в Эйберге, он не раз пытался уединиться с Бреггой…
Уж не в тягости ли девка, огорченно подумала Забава.
И снова посмотрела на голубоглазую дочь конунга.
Но плащ у той на животе вроде бы не оттопыривался. к Гуниру Свальд ездил свататься ещё до того, как она сама стала женой Харальда. И будь Брегга беременна, срок у девки был бы побольше её собственного.
Вряд ли Брегга в тягости. Или просто живот маленький? Не то, что у неё самой…
Поймав взгляд Забавы, обе дочери конунга снова улыбнулись. Брегга заявила:
– Я и моя сестра приветствуем тебя, дротнинг Сванхильд. Мы скоро с тобой породнимся. Это большая честь для меня!
Обе дочери Гунира стояли, не двигаясь с места. И Забава, со смущением вдруг осознав, что девки глядят прямо на накрытый стол – да с дороги, да голодные, небось слюни глотают – торопливо предложила:
– азделите со мной и вашим отцом хлеб и эль? Ваш путь был долгим…
– Да, - тут же откликнулась Брегга, разворачиваясь и направляясь к другому краю стола – так, что бы сесть рядом с Забавой, а не рядом с отцом. – Наш путь был очень долгим. А море холодным. Спасибо за приглашение, дротнинг Сванхильд.
Когда ворота Йорингарда наконец распахнулись перед Харальдом, первое, что о услышал от Ислейва и Бъёрна, встретивших его прямо там – это известие о приезде Гунира.
Как заявил Бъёрн, шведский конунг еще на берегу, до того, как пошел в зал выпить эля по приглашению дротнинг, принялся болтать о каких-то важных вестях. А кроме того, зачем-то притащил с собой двух дочек.
Не зря так тревожно стало на охоте, подумал Харальд, спешиваясь. Значит, конунг Гунир привез важные вести. А живет он в шведских землях…
т которых до владений конунга Готфрида рукой подать. По мелкому морю, что разделяет германскую и шведские стороны, да при попутном ветре – на драккаре можно добраться меньше чем за два дня.
Харальд поспешно зашагал к главному дому. Свальд,идя следом, сказал озадачено из-за спины:
– Одна из дочек, надо думать, Брегга. Но до осени еще далеко. И я должен был отправиться за ней сам. С выкупом…
– Может, ты и дочку конунга уже успел попробовать, Свальд? – буркнул аральд, занятый своими мыслями. - И Гунир приплыл, что бы сбыть её с рук, пока пузо у девки не полезло на нос?
