Такое известие не удивило детектива. Он молча кивнул, и они зашагали дальше по Манчестер-роуд мимо Миллуолл-Воф и Плау-Воф, а потом, добравшись до Дэвис-стрит, свернули направо и вскоре оказались на Сэмьюда-стрит. Заглянув в трактир «Фолли», чтобы пропустить по пинте эля, они, наконец, услышали новости о Кейлебе Стоуне. Никто из посетителей не говорил, что где-то видел его в последнее время в какой-нибудь определенный момент, однако один маленький человечек с длинным носом и бельмом на глазу вышел вслед за сыщиком и полицейским на улицу и незаметно, заранее потребовав вознаграждение, сообщил Бениону, что у Кейлеба есть знакомый в доходном доме на Квиксли-стрит, неподалеку от Ист-Индия-Док-роуд, примерно в трех четвертях мили отсюда.
Констебль протянул ему полкроны, и человечек почти мгновенно бросился на противоположную сторону переулка, а потом исчез среди штабелей бревен, сложенных на складе Самьюда-Ярд.
– Стоит ли ему верить? – с сомнением спросил Монк.
– О да, – убежденно ответил его спутник. – Я выручал Сэмми один или пару раз. Он не станет мне врать. Нужно поскорее отыскать сержанта. Там нам понадобится не меньше полдюжины человек. Да, именно так! Вы бы согласились со мной, если б побывали на Квиксли-стрит.
Им потребовалось более полутора часов, чтобы встретиться с людьми, прочесывавшими Лаймхаус, а потом, вместе с сержантом, добраться до Квиксли-стрит, оказавшейся узким тупиком длиной не более сотни ярдов, упиравшимся в товарное депо Большой северной железной дороги и находившимся совсем близко от первого причала порта «Ист-Индия». Сержант отправил двух полицейских на проходящую сзади Хэррап-стрит, Бениона – на Скэмбер-стрит сбоку, а сам вместе с Монком направился к нужному дому.
Вскоре они подошли к большому четырехэтажному зданию с узкими грязными окнами, в нескольких из которых были расколоты или разбиты стекла. Темный кирпич покрывали пятна сырости и сажи, но лишь одна из длинных печных труб курилась дымом, вьющимся в холодном воздухе тонкой серо-черной струйкой.
Несмотря на окружавшую их грязь и убожество, Уильям ощутил пробежавший по телу озноб возбуждения. Если Кейлеб Стоун действительно находится здесь, они, возможно, возьмут его через несколько минут. Сыщику хотелось встретиться с ним лицом к лицу, посмотреть в эти необычные зеленые глаза в тот момент, когда Кейлеб поймет, что проиграл.
В подворотне они наткнулись на лежащего на земле и тяжело дышащего пьяного или спящего мужчину с лицом, заросшим щетиной едва ли не недельной давности. Сержант переступил через него, и Монк последовал его примеру.
Внутри царил неприятный запах плесени и застоявшихся помоев. Полицейский толчком распахнул дверь ближайшей комнаты, и они с сыщиком увидели трех сидящих женщин, рассучивающих канаты. Кожа на их распухших мозолистых пальцах стерлась до красноты, а на полу рядом с ними возились полдюжины полуголых ребятишек. Девочка лет пяти старательно отрывала кусок материи от какой-то тряпки, которая, очевидно, еще недавно являлась чьим-то платьем. Окно было заколочено досками, и свет единственной свечи с трудом рассеивал полумрак. Уильям ощутил леденящий холод. Кейлеба Стоуна здесь, судя по всему, не было.
В соседней комнате их взорам предстала примерно такая же картина.
Монк бросил взгляд на сержанта, но, увидев суровое выражение его лица, предпочел не высказывать вслух собственных сомнений.
В третьей и четвертой комнатах они тоже ничего не добились. Поднимаясь по ветхим ступенькам, им приходилось сперва пробовать ногой каждый камень, прежде чем наступить на него. Камни угрожающе качались, и с губ сержанта срывались тихие проклятия.
В первой комнате на втором этаже они обнаружили двух спящих пьяных мужчин, ни один из которых не походил на Кейлеба Стоуна. Во второй находилась проститутка с лодочником, обрушившая вслед поспешно ретировавшимся сыщику с сержантом целый поток грязной ругани. В третьей комнате лежал умирающий старик. Сидящая рядом с ним женщина тихо рыдала, раскачиваясь в такт собственным причитаниям.
На третьем этаже оказалось множество женщин, занятых шитьем рубашек. Они сидели, низко склонив головы и напрягая зрение в полумраке. Их сжимавшие иглы руки то и дело взлетали над работой, а тонкие пальцы торопливо продергивали нитку. Мужчина в едва державшемся на носу пенсне бросил на полицейского сердитый взгляд и что-то раздраженно прошипел, погрозив пальцем, словно школьная наставница. Монку захотелось ударить его за столь мелочно-жестокое отношение к работницам, однако он понимал, что этим ничего не добьется. Это никчемное проявление насилия не избавит никого от нищеты. К тому же сейчас ему был нужен Кейлеб Стоун, а не этот крохобор, выжимавший из бедных женщин последние соки.
Первую комнату на верхнем этаже занимал однорукий мужчина, тщательно отмеривающий порох, высыпая его в чашку весов. В комнате по соседству трое мужчин играли в карты. У одного из них были редкие серые волосы и большой живот, свешивающийся ниже пояса. Второй игрок был лысым и носил рыжие усы. А третьим оказался Кейлеб Стоун.
