Вернувшись к себе в контору на Вер-стрит, Оливер застал там ожидавшего его Монка. Выглядел сыщик просто ужасающе. Он, как всегда, был безукоризненно одет и чисто выбрит, однако его лицо казалось столь изможденным, словно он долго не спал, страдая от какой-то тяжелой болезни. Поднявшись со стула и без приглашения направившись вслед за Рэтбоуном в его кабинет, Уильям двигался так, как будто все тело у него разламывалось от боли. Судя по его внешности, можно было предположить, что он страдает ревматизмом в одной из последних стадий. Адвокат испытывал к детективу весьма двоякие чувства, однако он никогда не желал, чтобы тот заболел. По его мнению, Уильяму не мешало бы немного сбавить спесь и самоуверенность, но чтобы с ним случилось такое… Вид Монка взволновал Рэтбоуна больше, чем тот сам от себя ожидал.
– Закройте дверь, – велел он посетителю – как выяснилось, совершенно напрасно, потому что тот как раз занялся этим, а потом на минуту задержался возле двери, глядя, как хозяин кабинета обошел письменный стол и уселся за него. – Вы поймали Кейлеба Стоуна, я уже знаю. Я только что встречался с королевским прокурором. Вам следовало отыскать побольше улик.
– Я знаю! – злобно бросил Монк, прежде чем отойти от двери и тяжело опуститься в стоящее напротив стола кресло. – Возможно, полиция по-настоящему займется поисками и обнаружит тело. Думаю, они станут прочесывать «кошками» дно реки. Сделать это самому мне было не под силу. Впрочем, сейчас, столько времени спустя, им крупно повезет, если они его обнаружат. А еще они могут обшарить Гринвич и Багсби-Маршиз. Они наверняка сделают это ради человека с таким положением, как Энгус Стоунфилд.
– Они могут также решить, что им необходимо вынести приговор, раз уж они произвели арест, – заметил Рэтбоун, слегка улыбнувшись. – Их положению сейчас не позавидуешь. Им наверняка не захочется отпускать Стоуна на свободу. Если он останется безнаказанным, то станет героем для любого негодяя от Вэппинга до Вулича. Впрочем, вы понимаете это лучше меня.
– Каково его мнение?
– Прокурора? – Брови Оливера приподнялись. – Он считает, что у нас есть шанс, однако не проявляет особого оптимизма. Не желаете чашку чая? Вы… выглядите… – Адвокат замялся, не представляя, насколько откровенно ему следует выражаться.
– Нет… Да. – Уильям пожал плечами. – Чай мне не поможет. – Он как будто попытался встать, слишком утомившись от ожидания, но потом, почувствовав боль, вновь опустился в кресло.
– Погоня была нелегкой? – поинтересовался Рэтбоун, сухо улыбнувшись.
Его собеседник поморщился:
– Очень.
Позвонив в колокольчик, юрист велел клерку принести чай.
– Я не откажусь выпить чашечку, даже если вы не хотите, – сказал он сыщику. – А теперь объясните, что привело вас ко мне. Наверняка не желание узнать мнение королевского прокурора насчет этого дела.
– Нет, – согласился Монк, а потом на несколько секунд замолчал.
Рэтбоун неожиданно ощутил озноб, идущий откуда-то из глубины тела. Если Уильям настолько потрясен, с ним должно было случиться что-то по-настоящему ужасное. Через двадцать минут адвокат назначил встречу с одним из клиентов. Он не мог заставить его ждать и в то же время понимал, что при подобных обстоятельствах не следует проявлять нетерпеливость; кроме того, ему не хотелось еще более усугублять переживания сыщика независимо от их причины.
Возможно, Монк сам догадался, что у его собеседника остается мало времени. Он неожиданно поднял взгляд, словно приняв про себя какое-то решение. Его челюсти оставались плотно сжатыми, а на виске заметно подрагивал мускул. Но затем он, наконец, заговорил напряженным ровным голосом, стараясь сохранить его монотонность, словно опасаясь, что любое проявление эмоций заставит его потерять контроль над собой:
– Недавно я повстречался с женщиной у подъезда Географического общества на Сэквилл-стрит. Мы познакомились и потом встречались еще несколько раз. Она показалась мне весьма симпатичной, образованной, остроумной и живой. – Голос сыщика по-прежнему звучал сосредоточенно и монотонно. – Она заинтересовалась делом Стоунфилда, потому что я собирался проследить возможный путь Энгуса в день его исчезновения. Короче говоря, мы провели вместе вечер, прогуливаясь в районе Сохо в поисках мест, где Энгус или Женевьева Стоунфилд могли искать себе подругу или друга. Нам, конечно, не удалось ничего узнать. Я до сих пор сомневаюсь в том, что кто-то из нас вообще рассчитывал на успех этого предприятия. В тот вечер мы оба наслаждались отдыхом: она – вдали от ограничений светского общества, а я – вдали от мира убогой нищеты и преступлений.
Рэтбоун кивнул, однако не стал перебивать рассказчика. Он не находил ничего необычного в такой истории и поэтому не представлял, что могло произойти потом.
– Я усадил ее в кеб и поехал вместе с нею, собираясь проводить ее домой… – продолжил Уильям, и его лицо побледнело.
Юрист по-прежнему не произнес ни слова, как будто не желая нарушать молчания.
Набрав полную грудь воздуха, Монк крепко стиснул зубы.
