В мае 1895 года Нобель объявил, что с подачи своего друга Норденшёльда решил оплатить половину стоимости экспедиции инженера Соломона Андре, решившего достичь Северного полюса на воздушном шаре. Проект был тем более амбициозным, что в эти самые дни фанатичный сторонник независимости Норвегии от Швеции Фритьоф Нансен рвался к Северному полюсу, и для шведов было крайне важно, чтобы их соотечественник Андре обошел Нансена в достижении этой цели. Только финансовой поддержкой Нобель не ограничился и предложил Андре использовать во время экспедиции почтовых голубей, которых предлагал специально для этой цели доставить с Русского севера. Кроме того, он предложил уплотнить оболочку воздушного шара с помощью новейшего французского лака, рецепт которого прислал ему уже упоминавшийся на этих страницах изобретатель, журналист и пацифист Аристид Риффель.
Широкий жест Нобеля так поразил короля Швеции Оскара II, что он выделил вторую половину требуемой на экспедицию Андре суммы, после чего Альфред поручил Яльмару пригласить короля в Бофорс, чтобы посвятить его в свои планы развития вооружений. Визит был назначен на 18 сентября, и в связи с чрезвычайной важностью этого события в Бофорс накануне приехал из России Эммануил.
Вот как описывает этот визит Ингрид Карлберг: «В половине десятого утра Оскар II прибыл поездом в Бофорс, и, конечно же, его приветствовали динамитным салютом. На перроне его встречали Альфред, Яльмар и Эмануэль с несколькими почетными гостями из местных. Хозяева предложили королю и его военному министру сесть в новый русский экипаж с откидным верхом, запряженный новыми черными лошадьми Альфреда. Сияло солнце, флаги унии реяли вдоль всего пути королевской особы от вокзала до первой остановки в цеху. Флаги с явным политическим посылом сопровождали процессию далее в Бьёркборн. На мосту через реку Тимсэлвен Альфред велел специально соорудить арку славы.
В усадьбе все было готово к обеду. Для украшения столовой Альфред заранее заказал вагон цветов, пальм и камелий, и среди всей этой зелени висели «многочисленные электрические лампочки». Подали одиннадцать блюд, среди них икру, форель, говяжье филе и фуа-гра. В своей речи Альфред Нобель поблагодарил Его Величество за визит, который подстегнет всех в Бофорсе – “от членов правления до последнего рабочего” – к “еще большим усилиям на благо королю и родине”. Оскар II ответил, что он лично “пьет до дна за все семейство Нобель, многие члены которого были и есть гордость Швеции и прославили эту шведскую фамилию по всей земле”.
Мероприятие вышло грандиозное. Казалось, Альфред на мгновение забыл о своем отвращении к пресмыканию перед королевской властью и случайно заглянул в нобелевские банкеты будущего.
Но обедать пришлось быстро. Примерно через час король уехал»[85].
Осенью 1895 года Аристид Риффельд стал убеждать Нобеля приобрести одну из бельгийских газет как средство продвижения передовых социальных и экономических идей. Альфред вежливо отказался, сославшись на то, что его активы заняты в других проектах, но на самом деле все объяснялось тем, что иметь свой рупор в Бельгии, пусть и с перспективой влияния на весь франкоязычный мир, ему было неинтересно. В то же время идея иметь «свою» газету его необычайно привлекала, но не в Бельгии или Франции, а в Швеции, чтобы с ее помощью менять ситуацию на родине. И Альфред нацелился на покупку «Афтонбладет» – одной из самых влиятельных на тот момент газет страны, считавшейся рупором шведской социал-демократии. Редактором газеты был Харальд Сульман, старший брат Рагнара, и это вроде бы облегчало дело. Нобель нацелился приобрести не менее 80 процентов акций газеты и поручил вести переговоры о ее покупке Яльмару. Тот поначалу решил, что газета нужна дяде для того, чтобы обеспечить себе поддержку общественного мнения во всем, что касается оружейных мастерских Бофорса и получения ими выгодных заказов. Однако Альфред очень быстро заверил племянника, что видит свое будущее приобретение совершенно независимым СМИ, но в то же время как владелец газеты намерен продвигать близкие ему идеи либерализма и одновременно (в этом Яльмар был прав) настаивать на том, чтобы все оружие, используемое Швецией, было отечественного производства.
«Газета в моих руках скорее станет оппозицией. У меня есть такая странная особенность никогда не принимать во внимание мои личные интересы. Моя позиция как владельца газеты была бы следующей: противодействовать вооружению и прочим пережиткам Средневековья, но, если это все же будет иметь место, призывать к тому, чтобы оружие производилось внутри страны», – написал он племяннику.
Когда переговоры о покупке «Афтонбладет» не заладились, Нобель поручил Яльмару поискать для приобретения другое, можно даже провинциальное издание – с тем, чтобы затем вывести его на новый уровень. Была у него в ту пору и идея приобрести «Гранд-отель», чтобы превратить его в подлинно современную гостиницу, покончив с архаичной безвкусицей и роскошью, но, узнав о запрашиваемой за здание цене, Нобель отказался от этих планов.
