Девушка не дрожала, и в том, как она стояла на пустой дороге перед абсолютно незнакомым человеком, Гейдж не увидел страха, только ярость.
– Леди, – с достойным восхищения (как он сам считал) спокойствием сказал Гейдж. – А откуда, черт возьми, взялись вы?
– С этой дурацкой дороги, которая ничем не отличается от других дурацких дорог в округе. Я посмотрела в обе стороны, и вас там не было, а потом… Как вам… Ладно, неважно. Мы живы.
– Точно.
Уперев ладони в бедра, она повернулась к своей машине.
– Я смогу отсюда выбраться, да?
– Да. Только у вас колесо спустило.
– Спустило… О господи! Вы должны его заменить. – Она раздраженно пнула спустившее заднее колесо. – Это самое меньшее, что вы можете сделать.
Вовсе нет. Самое меньшее – вернуться к своей машине, махнуть на прощание и уехать. Но ему нравилась ярость девушки – это гораздо лучше, чем страх.
– Откройте багажник. Мне нужен домкрат и запаска.
Гейдж вытащил из багажника чемодан, поставил на землю и взглянул на запасное колесо. Покачал головой.
– Сегодня не ваш день. Запаска проколота.
– Не может быть. О чем это вы, черт возьми? – Девушка оттолкнула его и заглянула в багажник, освещенный маленькой лампочкой. – Проклятье! Чтоб ей пусто было. Сестре. – Она резко повернулась, сделала несколько шагов вдоль обочины, потом назад. – Я давала ей свою машину на пару недель. Все как всегда. Проколет шину, не отремонтирует и даже не удосужится предупредить меня.
Девушка откинула волосы с лица.
– Я не собираюсь посреди ночи вызывать тягач и сидеть тут одна. Вы должны меня отвезти.
– Я?
– Это ваша вина. По крайней мере, частично.
– И в какой же части?
– Не знаю. И мне плевать – я устала, разозлена и заблудилась в этой проклятой глуши. Отвезите меня.
– К вашим услугам. Куда?
– В Хоукинс Холлоу.
Гейдж улыбнулся немного мрачновато.
– Именно туда я и направляюсь. – Он жестом пригласил ее в машину и прибавил: – Гейдж Тернер.
В ответ девушка величественно указала на свой чемодан.
– Сибил Кински, – представилась она и впервые посмотрела на его машину. Брови у нее взлетели вверх. – У вас отличные колеса, мистер Тернер.
– Да, причем все целые.
Несмотря на поздний час, Кэл не очень удивился, увидев перед своим домом машину Фокса. Не высказал удивления он и при виде самого Фокса, сонно моргавшего на диване перед телевизором; рядом, вытянувшись во всю длину, похрапывал Лэмп.
На кофейном столике располагались банка колы, последний пакетик картофельных чипсов Кэла и коробка сухого печенья «Милк боун». Остатки пиршества человека и пса.
– Что ты здесь делаешь? – сонно спросил Фокс.
– Я здесь живу.
– Она тебя вышвырнула?
– Нет, она меня не вышвырнула. Я приехал домой. – Кэл автоматически сунул руку в пакетик с чипсами и выловил горсть крошек. – Сколько ты ему скормил?
Фокс перевел взгляд на коробку печенья.
– Пару штук. Может, пять. С чего это ты такой нервный?
Кэл взял банку колы и двумя глотками допил оставшуюся на дне теплую жидкость.
– У меня ощущение… Что-то назревает. Ты сегодня ничего не чувствуешь?
– Последние пару недель меня постоянно посещают предчувствия. – Фокс потер лицо, провел ладонями по волосам. – Впрочем, да, хотя перед твоим появлением я наполовину спал или просто спал. Что-то вроде завывания ветра в трубе.
– Точно. – Кэл подошел к окну. – Ты давно видел родителей?
– Сегодня разговаривал с отцом. С ними все в порядке. А в чем дело?
– Если мы трое прямые потомки, значит, кто-то из твоих родителей тоже, – заметил Кэл.
– Это я и сам догадался.
– События Седмицы не затрагивали никого из наших родственников. Мы всегда этому радовались. – Он снова повернулся к Фоксу. – Возможно, именно радость мешала нам задуматься: почему?
– Потому что – по крайней мере, отчасти, насколько нам известно – они не живут в городе. За исключением Билла Тернера, но кто, черт возьми, может сказать, что с ним происходит?
– И мои, и твои родители приезжали в город во время Седмицы. А ты помнишь, что в прошлый раз случилось у Поффенбергеров?
– Да. Конечно, помню. – Фокс потер глаза. – Тот факт, что они жили в пяти милях от города, не помешал Поффенбергеру душить жену, в то время как она кромсала его ножом для разделки мяса.
– Теперь мы знаем: у Эсси были видения и предчувствия в первое лето, а позавчера вечером она видела то же, что и мы. Почему?
– Может, оно действует избирательно, Кэл? – Фокс встал, подошел к камину и подбросил еще одно полено. – В городе всегда попадались люди, не подверженные влиянию. Да и на остальных оно действует по-разному.
– Куин с Лейлой – первые посторонние. Мы предположили связь. А если эта связь – всего лишь кровные узы?
Фокс снова сел, откинулся на спинку дивана и погладил по голове Лэмпа, который дернулся во сне.
– Любопытная теория. А тебя не пугает, что ты, возможно, спишь со своей дальней родственницей?
– Ха. – Над этим стоит подумать. – Если они тоже потомки, то нам нужно выяснить следующее: делает ли их присутствие нас сильнее или, наоборот, уязвимее? Сегодня вопрос стоит так: все или ничего. Поэтому… Кто-то едет.
Фокс вскочил с дивана и встал рядом с Кэлом.
