Ему нужно подумать о чем-то другом. Он сел в кровати. Комната поплыла у него перед глазами, но вскоре замерцавшие перед ним звездочки рассеялись, и он опустился на холодный пол. Фредрик прошаркал к окну и раздвинул темно-синие шторы. Он думал, что уже наступил вечер, но, посмотрев на больничные корпуса, понял, что сейчас еще день. Он надел халат и положил телефон в карман.
В коридоре было тихо. Фредрик сдержанно улыбнулся медсестре за стеклом. Он боялся, что эта властная женщина уложит его обратно в постель, но она только улыбнулась в ответ. Выйдя из лифта, он увидел широкие лестницы, ведущие на верхний этаж, и двойные двери в коридор, ведущие в то отделение, куда он шел. Сестринский пост № 2. У дверей два человека в костюмах разговаривали с врачом. В черных куртках, черных брюках, кожаных ботинках, белых рубашках и темных галстуках. Охранники из СБП. Пройдя мимо, Фредрик поздоровался, но они его не заметили. Видимо, приняли его за обычного пациента.
Зайдя внутрь, Фредрик поковылял по бело-желтому коридору. Он различил несколько одетых в белое фигур в кабинете и медсестру, исчезнувшую в одной из палат с судном и полотенцами в руках. Мимо Фредрика провезли на коляске не подающего признаков жизни человека. Завернув за угол в конце коридора, Фредрик прибыл на место. Двое полицейских в форме сидели на венских стульях и смотрели на дверь.
— Добрый день, — прошептал Фредрик.
Они не ответили.
— Я полицейский. Фредрик Бейер. Ранен при задержании человека, которого вы охраняете.
Они встали и поздоровались.
— Я должен посмотреть на него, — прохрипел он. Полицейские неуверенно переглянулись. Но прежде чем они успели ответить, за спиной Фредрика в коридоре прозвучал знакомый баритон.
— Фредрик. Рад тебя видеть.
Себастиан Косс.
— Заходил к тебе в палату, чтобы поздороваться. Не нашел тебя там и догадался, что ты тут.
Фредрик утвердительно покашлял, прикрыв ладонью рот. Косс открыл перед ним дверь, ведущую в узкий короткий коридор. Доступ к пациенту преграждала дверь с окном. Через стекло Фредрик увидел постель, на которой лежал Хейхе. Рядом стояла медсестра и делала заметки в блокноте, изучая показания окружавших пациента аппаратов.
— Его всю ночь оперировали. С трудом удалось сохранить ему жизнь. Мы решили освободить все отделение. Вечером всех пациентов переведут отсюда.
— Хорошо, — пробормотал Фредрик. Он понимал ход мыслей Косса и комиссара Неме. Стаффан Хейхе представлял значительную опасность для своих заказчиков. Не исключено, что кто-нибудь мог попытаться убрать его с дороги. Только полиции было выгодно сохранять жизнь этому мерзавцу.
— Мы хорошо продвинулись за последние дни, — сказал Косс. — Я ценю ваш вклад. Твой и Кафы. Мы наконец нашли общину. И теперь у нас есть преступник.
«Мы»? Фредрик не ответил. Он рассматривал человека на кровати. Видно было только лицо в профиль, тело было аккуратно накрыто одеялом. Над головой висел прозрачный мешок, из которого пациенту поступала жидкость. Даже через дверь было слышно его тяжелое дыхание. Фредрик вздрогнул, взял себя в руки и остановил взгляд на изуродованном лице.
— Кто прислал тебя, наемный убийца? — прошептал он, упершись головой в стекло.
Он не обратил внимания на взгляд Косса. Вместо этого продолжал стоять, наклонившись вперед, положив на стекло обе ладони. Кто нанял убийцу? Фредрик медленно повернул голову, не отрывая от двери лба, и посмотрел прямо на Косса.
— Нам надо подумать, как заставить этого дьявола без языка заговорить, — тихо сказал он, как будто обращаясь к самому себе. — Кто захотел принести в жертву столько жизней, чтобы никто не узнал о страшных планах секты?
На мгновение Фредрику показалось, что у Косса забегали глаза.
— Да, — сказал Косс. — Кстати, у нас появилась информация от шведов. У них не так много есть на этого Хейхе. В девяностые годы он служил в шведских Вооруженных силах. Его лицо пострадало во время операции ООН в Югославии. Какой-то несчастный случай. После этого, похоже, он действовал самостоятельно. Некоторое время жил в Стокгольме. Потом просто пропал. Последние десять — пятнадцать лет нет никаких его следов.
— Вот как, — сказал Фредрик. — Уверен, что они ничего не скрывают?
— Да… — В голосе слышалось и раздражение, и вопрос. — Зачем им это надо?
— Да, — устало ответил Фредрик. — Зачем им это надо?
Двое полицейских, один в халате и тапочках, второй — в одном из множества своих сшитых на заказ костюмов, поймали свой взгляд в отражении в стекле. Молчание прервал Косс.
— Сюнне Йоргенсен возвращается, — произнес Косс нейтральным тоном. — Обвинение снято. Специальный отдел закрыл расследование. Какое-то время у нее будет меньшая занятость. Пока она заканчивает учебу и получает диплом юриста.
— Хорошо, — отсутствующе отозвался Фредрик. Мысли его были в другом месте. Ему нужно было кое-что обсудить с помощником комиссара.
— Я подозреваю, что твоего деда, Кольбейна Име Мунсена, похитил Бёрре Дранге. Думаю, Кольбейн был чем-то накачан, когда я там был.
Косс простонал, явно недовольный выбором темы для разговора.
— Кафа мне рассказала об этом.
