Над пестрой толпой придворных возвышался трон. Наместник сидел с тоскливым выражением на лице, в глазах застыла скука. Даже сейчас ему удавалось уделить время работе: у правой руки стояла чернильница и перо, у левой возвышалась стопка бумаг, требующих внимания. Рассеянно отзываясь на вопросы придворных, Наместник то и дело помечал что-то в своей книжице в бархатном переплете, с которой не расставался ни днем, ни ночью, и которая служила ему для напоминания о всяких важных делах.
Его лицо несколько оживилось при появлении Экроланда:
— Гляжу, ты легок на подъем, доблестный рыцарь!
Придворные расступились, давая Экроланду подойти к трону. Рыцарь преклонил колено и опустил голову:
— Ваша светлость, я прибыл по первому вашему слову.
Наместник встал с трона и, тяжело ступая, приблизился к рыцарю. Он был много ниже Экроланда и потому, чтобы не глядеть снизу вверх, остановился на ступеньке.
— Похвально, похвально.
Придворные навострили уши. Всем было любопытно, зачем правителю понадобился рыцарь. Лорд Улин, стоявший в некотором отдалении, ободряюще улыбнулся, и рыцарь улыбнулся в ответ, вставая с пола. Лязгнули доспехи. Внезапно он почувствовал спиной чей-то взгляд. Стараясь не поворачиваться к Наместнику спиной, что было бы вопреки всем правилам вежливости, Экроланд слегка повернул голову и скосил глаза влево. Там стояла девушка в алом платье, окруженная довольно странными для тронного зала личностями: женщинами, закутанными в черные плащи и стариками в расшитых звездами балахонах. Один из стариков смотрел рыцарю прямо в глаза. У него на лице был написан самый настоящий ужас. Так же медленно Экроланд вернул голову в нормальное положение. Прихвостни Ирады, племянницы Наместника, не вызывали в нем ничего, кроме изумления. Как она могла доверять всяким проходимцам вроде гадалок и астрологов, и как умудрилась привести их в тронный зал, было выше его понимания. Наместник кашлянул:
— Проследуй за мной, сэр Экроланд, мы побеседуем в моем кабинете.
И под удивленными взглядами придворных он увел его за собой. Кабинет всемогущего правителя оказался небольшой комнатой с парой столов, заваленных бумагами. В шкафах с застекленными дверцами стояли внушительные тома, содержащие в себе самые разнообразные сведения о географии, политике и экономике Твердикана и прилегающих стран и земель. Наместник предложил рыцарю сесть возле камина и позвонил в колокольчик, стоявший на подносе.
Словно из ниоткуда возник слуга в белых одеждах и поклонился, выслушав приказ принести лучшего вина.
— Кажется, нам с тобой не доводилось вот так общаться? — неторопливо начал Наместник, располагаясь напротив и складывая руки на животе. — Я хорошо помню, как на последних состязаниях ты одолел подряд восемь мечников. Тогда я еще подумал: какой ловкий рыцарь!
— Благодарю вас, ваша светлость.
— Еще однажды мне довелось присутствовать на вашем совете. Ты тогда высказал несколько весьма дельных советов по поводу походов.
Рыцарь был польщен. Ему и в голову не могло прийти, что его слова не только выслушали, но и запомнили.
Слуга принес вино и разлил его по высоким бокалам. Подождав, пока он уйдет, Наместник приступил к делу:
— Также я слышал и о твоих последних подвигах, сэр Гурд. Настал тот час, когда мне потребовался именно такой человек, как ты: смелый, решительный, наблюдательный. Видишь ли, сейчас для моего поручения лучше тебя я никого не вижу. Пустое, что магистр в последнее время всегда назначал главой ваших походов Теллера. Сегрику далеко до тебя. Таких сегриков вокруг меня при дворе тьма тьмущая.
Слушая льстивые заверения Наместника, Экроланд слегка нахмурился. Чтобы поймать зверька, в ловушку всегда кладут самую вкусную и заманчивую еду.
— Не буду скрывать, что с гномами у нас сейчас ситуация более чем серьезная, — продолжал Наместник. — Они, шельмецы, прекрасно осведомлены, в каком тяжком положении находится Вусэнт, и пользуются этим! Да и ты, я думаю, знаешь о грядущей войне не меньше меня.
Значит, так или иначе Наместник затронет тему Вила. Но рыцарь не мог взять в толк, причем тут гномы. Или каким-то чудом правителю стали доступны сведения о банде Трогина, шурующей возле Медовых Лужаек?
— Да, ваша светлость, — лаконично ответил Экроланд, не желая первым заговаривать о Виле.
Толстые, унизанные тяжелыми перстнями пальцы сжали бокал, а пронзительные серые глаза заглянули рыцарю, казалось, в самую душу.
— Скажи, зачем тебе понадобилось в качестве слуги нанимать варвара? — спросил, наконец, Наместник, отворачивая лицо к камину. Он так и не отпил вина.
— Варвары прекрасно обращаются с животными, — осторожно подбирая слова, ответил Экроланд. — Никто лучше них не найдет общего языка с лошадьми.
— Чтобы убирать навоз и подсыпать овес, язык искать не нужно, — Наместник откинулся на спинку кресла. — Я думаю, ты что-то скрываешь от меня. Но это не важно, — он поднял руку, видя, что Экроланд хочет что-то возразить, — не важно, я сказал! Оставь при себе свои маленькие секреты. Я хочу предложить тебе небольшую сделку.
