Раздумывая таким образом, Экроланд миновал площадь, свернул с центральной улицы в небольшой проулок и дошел до небольшой таверны, на вывеске которой разевал пасть кривоватый лев странного оранжевого оттенка, один-в-один срисованный с красной кошки на гербе Вусэнта. Не мудрствуя лукаво, хозяин так и обозвал таверну: «Львиный рык». Завсегдатаи, к коим относился и рыцарь, ласково величали это место «Левушкой».
Приветственно кивнув хозяину за стойкой, Экроланд занял место за столом в дальнем углу. По расчетам, именно сегодня здесь должен был появиться давний друг, рейнджер с юга Слэм Дол. Пару раз рыцарь посещал сие уютное заведение с друзьями из Ордена, но все же предпочитал их шумному обществу задушевную беседы со Слэмом.
Познакомились они в ту пору, когда король объявил награду за голову одного мага, который переметнулся на сторону Секлара. Экроланд участвовал в погоне и глупейшим образом заблудился в лесах, тогда еще не владея умением читать Следы. Совершенно случайно он, грязный, раненый и голодный, глухой ночью набрел на костер Слэма. Тот тоже охотился в тех местах, но не на отступника, а на друида, последователя Тариселя. Рейнджер изрядно позабавился злоключениям рыцаря, но сердце у него было добрейшее, он перевязал и накормил Экроланда, и той ночью они просидели у костра до рассвета. За разговорами выяснилось, что у них весьма схожее мировоззрение. Им нравились одни и те же книги, оба с пылкостью попытались доказать друг другу, что нельзя фанатично убивать последователей Темного, и оба рассмеялись, поняв, что спора у них не выйдет. Так сдружились дитя Талуса и слуга Майринды.
Спустя несколько лет, когда оказалось, что Слэм по долгу службы частенько бывает в Вусэнте, они не раз встречались пропустить кружечку пива в «Левушке», а несколько раз даже на пару ходили в походы, выполняя секретные поручения высокопоставленных лиц. Когда Экроланду требовался опытный чтец следов, он знал, к кому обратиться. Мало кто обладал таким багажом знаний о природе, как Слэм. Скрывающийся беглец мог пользоваться какими угодно ухищрениями, дабы замести волшебный след, но обмануть следопыта, изучившего лес как свои пять пальцев, не удалось бы никому.
Экроланд уже допивал вторую кружку пива, когда дверь таверны распахнулась, и вошел мужчина. Взгляды присутствующих в изумлении обратились к нему: таких гигантов редко когда увидишь. Зеленые пятнистые штаны подчеркивали мощные ноги, напоминавшие стволы деревьев, такой же расцветки куртка облегала мускулистый торс, а в распахнутом вороте темной рубашки можно было увидеть смуглую кожу, на которой волнами курчавились волосы. Коричневый плащ из выделанной кожи спускался до высоких сапог со светлыми отворотами. Войдя в помещение, мужчина откинул капюшон, под которым скрывалась щегольская шляпа с диковинным пером. На плече у него висели лук с зачехленной тетивой и колчан со стрелами. Под длинными, до лопаток, каштановыми волосами Слэм прятал нелюбимую татуировку на висках в виде крошечных гирлянд листьев.
Рейнджер громогласно поприветствовал хозяина, который сразу подал знак лучшей служанке, и направился прямиком к Экроланду.
— Приветствую тебя, добрый друг! — обрадовано произнес он, присаживаясь за стол. — Эй, дорогуша, еще две кружки пива мне и славному рыцарю! И запеченной курятинки!
Очаровательная служаночка в шапке смоляных кудрей сложила руки на белоснежном переднике и, присев в реверансе, стрелой помчалась выполнять заказ: Слэм прослыл большим транжирой и, бывало, оставлял чаевых больше, чем стоил заказ.
— Слэм! — Экроланд широко улыбался, — я предполагал, что ты можешь объявиться со дня на день, но твое появление сегодня — настоящий сюрприз! Бывало ведь и так, что ждешь тебя, ждешь, а ты приходишь поздней весной.
— Честно говоря, я планировал приехать только тогда, когда стает снег, — Слэм поскреб в затылке. — Не сложилось. Командир стягивает нас всех сюда, поближе к Вусэнту. Говорят, гномьи бунты кругом, вот мы и потребовались.
— Ты веришь, что вас созывают из-за бунтов? — Экроланд прищурился, — а про варваров ты слышал?
Слэм наклонился поближе, чтобы ничье лишнее ухо не смогло подслушать беседу:
— Ты про войну, что ли?
Экроланд откинулся на спинку скамьи и махнул рукой:
— Об этом нынче говорят в открытую. Ни для кого не секрет, что отношения с варварами накалились до предела.
Слэм некоторое время помолчал, потом махом опрокинул в себя кружку и приказал подать следующую. Как только служанка умчалась, он озабоченно спросил:
— Все настолько плохо?
— Все мы почувствовали, сколь сурова зима в нынешнем году, — неторопливо ответил Экроланд, слегка насупив брови. — Наместник запретил торговать продовольствием за границу, опасаясь, что в городе начнут голодать. Мои крестьяне уже не раз обращались ко мне с просьбой одолжить немного денег. Представляю, что творится сейчас на бесплодной равнине за Вишневыми горами!
